Два хищника в одной клетке.
Я видел, как вздымается её грудь под бархатом. Видел, как блестят её губы. Она была красива — той холодной, аристократичной красотой, которая манит своей недоступностью. И сейчас эта недоступность таяла.
— Ты опасный человек, Семён, — сказала она тихо. — Рядом с тобой воздух горит.
— Я просто делаю то, что должен.
— А чего ты хочешь? На самом деле?
— Выжить. Построить дом. Защитить своих.
— И всё? — она чуть подалась вперёд. Я тоже. Наши лица оказались в опасной близости.
— А разве этого мало?
Я чувствовал её дыхание на своей щеке. Искушение было велико. Ох как велико. Забыть обо всём. О войне, о политике, об остроге. Утонуть в этих пронзительных глазах, в этом аромате, в этом бархате.
Между нами оставалось дыхание — и она начала прикрывать глаза…






