ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наёмники, охотники, бояре, иезуиты и прочая нечисть. Вокруг Кирилла Николаева-Скуратова вечно происходит что-то эдакое. Но разве что-то может остановить человека когда-то за упрямство и злопамятность получившего прозвище Росомаха? И пусть это было в другом мире и при других обстоятельствах... Что это меняет? Как говорил герой одного хорошего и доброго фильма: "Вижу цель. Не вижу препятствий".

Ранним утром северо-восточные окраины Костромы были разбужены тяжёлым гулом грузовиков, транспортёров и фур, длинная вереница которых уверенно ползла по объездной дороге ещё вчера тихого и спокойного городка. Не сказать, что зрелище это было чем-то совсем уж удивительным, нет, в последние несколько дней тяжёлая строительная техника на объездной мелькала с завидным постоянством, так что среди местных жителей даже пошли слухи о грядущем ремонте, а то и о расширении нынешнего четырёхполосного шоссе, огибавшего город пологой дугой от Прибрежного до Гридино, что вызывало у многих обывателей искреннее непонимание, тогда как скептики, напротив, кривили губы в понимающе-презрительных ухмылках.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я даже оплачу им трёхдневный отдых в лучшей гостинице, чтоб добрали то, чего не смогли получить в Усть-Бельске, через глупость моего околоточного… Устраивает такой расклад?

— Предложение интересное, но я должен обсудить его с моими доверителями, — мягко произнёс Алибеков, и коммуникатор на моём запястье вновь завибрировал. Какие интересные дела творятся в этом маленьком городке, однако…

Глава 26

Саспенс, он такой… увлекательный

— Жаль, а я так хотел проверить остальные наработки наших мелких. Да и у самого была на примете пара идей, которые тоже хотелось опробовать… — я вздохнул, и Оля с лёгким смешком потрепала меня по волосам. Но уже через секунду она стёрла улыбку с губ и, задумчиво глядя куда-то в пространство, кивнула.

— А что, разве нам необходимо быть здесь, чтобы наблюдать за действием этих ваших… «розыгрышей»? — с самым невинным видом поинтересовалась жена, щёлкнув коротким, но по-девичьи ухоженным ногтем по деревянной столешнице складного столика, выуженного мною из спасплатформы.

— В принципе, нет, — я мотнул головой. — Но как это будет выглядеть? Околоточный извинится, получит на орехи от начальства, а потом ещё и огребёт от меня? Не совсем честно получится, не находишь?

— Я

бы поспорила, но… — Оля на миг запнулась. — Кто сказал, что «наказывать» надо именно этого толстого надзирателя? В конце концов, отдых нам портил не столько он, сколько этот, как его… Азамат Хузянович, тогда как сам Швырко всего лишь инструмент.

— Предлагаешь потратить время нашего отдыха на поиски и вразумление Исенбаевского князца? — я поморщился.

— Хм, когда ты так ставишь вопрос, — протянула жена с тяжким вздохом. — Затея маленькой мести зарвавшемуся бояричу уже не кажется такой хорошей идеей. Не стоит он потраченного времени. По крайней мере, не в мой медовый месяц.

— Вот-вот, и я о том же, — согласно покивал я. — И вообще, месть — блюдо, которое лучше подавать холодным.

— Значит, отложим до окончания нашего путешествия? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Оля.

— Значит, отложим, — подтвердил я. — Но наработки девчонок… эх! Ладно.

— Хм, а у меня есть идея, как их применить, не тратя время нашего отдыха, без урона моей тяги к справедливости и, возможно, даже с некоторым удовлетворением твоей гипертрофированной мстительности. — вдруг улыбнулась Оля. Я с интересом взглянул на неё, и уже хотел было возразить насчёт гипертрофированности моей мстительности, но… не успел. Продолжить этот разговор сразу не вышло, поскольку в этот момент на мой коммуникатор поступил вызов от Алибекова.