ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Старуха попалась. Но попалась ли?

— Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — Сталин перешел на грузинский. — Я же сказал: сам поверить не могу. — Тогда и меня с этими фактами познакомь. В общем, когда меня в Москву перевели, я поначалу подумал, что кому-то очень хотелось меня из Тбилиси убрать. Но потом мнение переменил: в университете — благодаря этой девочке — действительно многое поменялось, ну и мне удалось тоже многое поменять — и опять благодаря ее, скажем, советам. Я на нее сразу внимание обратил, ведь это по ее совету меня на эту работу поставили. И заметил, что пашет она как паровой каток, что в учебе и науке, что в работе комсомольской.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Который, в свою очередь, как и все ядра с нечетными номерами, прекрасно распадается, он с периодом полураспада в двадцать три минуты испытывает бета-распад и превращается… превращается уран… уран превращается в, назовем это нептуний, поскольку Нептун на орбите летает за Ураном.

— Интересная гипотеза…

— Еще какая! Потому что это нептуний сам по себе тоже крайне нестабилен, и с периодом полураспада в пятьдесят шесть часов снова претерпевает бета-распад и превращается… кто там у нас за Нептуном летает? Превращается в плутоний-двести тридцать девять.

— Очень интересно.

— Это еще не очень интересно, а интересно у нас другое. Кроме урана двести тридцать восемь есть в металле еще и уран двести тридцать пять. Который нейтроны не захватывает, а от их удара разваливается на части. При определенных условиях разваливается.

— Я это тоже знаю.

— А я знаю, что вы знаете, но вот про определенные условия вы все же не в курсе. А теперь следите за руками: уран двести тридцать пять получает нейтроном по тыкве, разваливается на два больших куска — и на два, а то и три свободных нейтрона! Эти два нейтрона ударяют по другим атомам урана двести тридцать пять — или двести тридцать три, нам это особо не важно, важно чтобы атомы были с нечетными номерами… При каждом таком делении еще выделяется просто прорва энергии… И что мы имеем? Цепную реакцию, которая нам обеспечит невероятное количество энергии!

— Взрыв…

— Ну зачем так грустно-то? Тут фокус в том, что ядра этого урана делятся не все так уж сразу, бывает, что деление и запаздывает. На пару секунд, может чуть больше или меньше — но за это время даже столь неспешная управляющая система, как человек, способна добавить в реактор поглотители нейтронов, реакцию мгновенно гасящие, или еще что-то эдакое проделать. То есть эта самая цепная реакция у нас получается управляемой. Короче, легко сделать такой реактор, над которым сидит человек, реакцией управляет, получает кучу энергии, энергию эту эффективно использует… хотя бы для того, чтобы вскипятить много воды…

— А воду-то зачем кипятить?

— Чтобы пар в турбогенератор отправить и получить прорву электричества.

— При определенных условиях?

— Да. И если вы готовы заняться такое работенкой, то я вам расскажу, при каких именно условиях. И как эти условия вообще получить можно.

— То есть вы знаете, при каких условиях можно…

— Знаю.

— А почему же вы сами этим не займетесь?

— Потому что я — химик-органик. И я занимаюсь изготовлением бензина высокооктанового, пластиков разнообразных, удобрений… много чем. А вот работа с металлами мне не нравится, и тем более мне не нравится работа с металлами радиоактивными. И с неметаллами радиоактивными — тоже, я еще молодая, мне детей рожать, а радиация приводит к мутациям.