— Хорошо — Генерал кивнул — Значит, будем писать, что приняли решение на месте, учитывая изменившуюся обстановку и действуя по обстоятельствам. И решение оказалось правильным.
Морозов поднял на генерала глаза, в которых была пустота. Он как будто сквозь него смотрел.
— Товарищ генерал…
— Молчи старлей. Я знаю,, что говорю.
Он повернулся к командиру отряда:
— Сегодня же подготовить наградные листы. На старшего лейтенанта Морозова — представление к званию Героя Советского Союза. — Он снова повернулся к Морозову — Прокалывай дырку под звездочку герой.
В санчасти стало тихо. Генерал продолжил:
— На сержантов, на обоих — представления на ордена Ленина.
Я не сразу понял, что он сказал. Слова вроде прозвучали внятно, но в голове они не укладывались. Орден Ленина? Для срочника? За Афган? Это было что-то из другой жизни или из приключенческой книги со счастливым концом.
Стоящий рядом с генералом полковник из свиты сказал глухо:
— Товарищ генерал, они оба сержанты срочной службы.
— Я в курсе. — Усмехнулся генерал.
— Такое не пропустят…
— Вот поэтому я и здесь. — Улыбка генерала стала зловещей. — Эти трое удержали объект, который был потерян целым полком. Восемь, мать его суток. Под непрерывным огнём. С ранениями. С остатками афганского гарнизона которое далеко не коммандос и не наш спецназ. И не просто выжили. Они, эти три пацана, сорвали противнику задачу и дали время нам балбесам подтянуть силы. Это гребанный Беркот потом бы пришлось отвоевывать обратно не меньше чем дивизией. Если за это не представлять к высшим наградам, тогда вообще непонятно, за что их давать.
Командир отряда осторожно сказал:
— Представления могут зарубить в округе. Или выше.
— Могут, — согласился генерал. — Поэтому представление от себя я тоже напишу. Отдельно. С приложением доклада десантников, лётчиков, афганского командования, которое принимало крепость, и радиопереговоров. И лично прослежу, чтобы наградные листы не потерялись в чьём-нибудь сейфе.
Он помолчал и добавил:
— А тех, кто писал про организованный отход, мы тоже не забудем. — Генерал едва заметно усмехнулся. — Ну а вы все трое пока лечитесь. Как положено лечитесь. Почему вы здесь, в санчасти отряда, а не в госпитале?
— Мы от госпиталя отказались.
— Я уже слышал.
Генерал посмотрел на врача, стоявшего у двери.
— Заключение?
Врач развёл руками:
— Госпитализация показана всем троим. Старший лейтенант — осколочные ранения бедра и пулевое руки, истощение, признаки контузии. Сержант Серёгин — осколочное ранение спины, переутомление, контузия. У второго касательное ранение головы, подозрение на черепно-мозговую, контузия. Но насильно я их в вертолёт не погружу.
— Погрузите, если прикажу.
Морозов спокойно сказал:
— Товарищ генерал, прошу оставить меня в отряде.






