Потому как согрешил.
— Мы все поняли, господин, — проворчали рабы. — Не надо дубинкой.
— Ну а если поняли, принимайтесь за работу, — милостиво ответил Север.
Глаза вдовы Децимы, которая стояла у него за спиной, сияли ярким огнем. Она даже как будто ростом выше стала. Женщина не сводила с Севера глаз… Она услышала осторожное покашливание, повернулась и с достоинством кивнула богатому пекарю Захарию. Он незаметно подошел сзади и прослушал весь этот разговор с неослабевающим интересом.
— Здравствуй, почтенный, — сказала Децима. — Ты снова хотел поговорить, чтобы уступить тебе управление?
— Нет, Децима, — покачал головой тот, во все глаза разглядывая Севера. — Я просто пришел узнать, как ты справляешься. Ведь потерять мужа — такая беда. Ты женщина, тебе нужна защита. И я смотрю, ты ее уже нашла. Ну надо же, какой резвый паренек вырос у этого олуха Тита. Кто бы мог подумать…
* * *
В то утро магистр Либерий пребывал особенно не в духе. Марк шкурой чувствовал волны ледяного холода, которые от него исходили. Много нового о себе узнал. Выяснилось, что он и ленивый, и дерзкий, и глуп, как колода. И вообще, сидит день-деньской, не делая ничего. Отчет по пекарне вдовы Клодии оказался полным дерьмом, хотя ни единого слова, почему именно он таков, Марк не услышал. Отчет этот пошел в архив без правок и уточнений.
Казначей поглядывал на него с сочувствием. А вот писцы смотрели на Марка со скрытым торжеством, заваливая его идиотскими поручениями. Он уже взвыть был готов, но тут ему выдали табличку и послали инспектировать пекарни Транстиберима (2). Лично магистр отправил.
— И чтобы не врать мне! — погрозил Либерий пухлым пальцем. — Узнаю, что за взятку утаил рабов или, того хуже, неучтенный запас зерна, я с тебя шкуру спущу!
— Ну что вы, господин, — вытянулся во фрунт Марк. — Да как вы подумать могли. В лучшем виде все исполню.
— Проваливай! — рыкнул Либерий, и Марк поспешил удалиться. Гадать, подобно остальным, какая муха укусила начальство, он не хотел.
Молодой пекарь и рад был вырваться из двора коллегии, где с утра до вечера разгружали зерно и скрипел жернов. От Целия — к громаде Великого цирка, а от него — к мосту Проба. Не так далеко. Ну а то, что район за рекой дерьмовый, так жителю Субуры не привыкать. Жаль, вчера не знал про такое счастье, кастет бы с собой прихватил.
— Старший? — сидевший неподалеку от коллегии Секунд поднял на него глаза. — Делать сегодня надо чего?
— Нет, — покачал головой Марк. — Для тебя работы не будет. Иди, в пекарне помоги. Скажи матери, я к вечернему тесту приду. Магистр много поручений дал.
— Ага, — кивнул мальчишка и скрылся в толчее.
Марк, насвистывая легкомысленную песенку, ледоколом шел через толпу, занимавшую улицы города с раннего утра и до заката.
— Надо было в обход пойти, — поморщился он.






