ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Господи, да где же еще? — На том же Кавказе. Есть сведения, что англичане настаивают на этом. — Я первый пропою осанну, если им удастся настоять на своем. Но французы вовсе не горят таскать для островитян каштаны из огня. К тому же, они хорошо понимают, чем это может обернуться. Нет, на помощь Шамилю они не пойдут. — Хорошо. — Сдался император. — Я поговорю с Василием Андреевичем… — Этого недостаточно. Ваше величество, разрешите мне, наконец, отбыть на Черноморский флот! — Ты все же настаиваешь на своем решении? — Категорически! У нас ведь не так много времени. — Зачем тебе это? — Что? — Костя. Ты сейчас и без того самый известный человек в России. Да что там, тебя знают, тобой восхищается или ненавидит весь мир! Но что будет, если ты потерпишь неудачу? Не справишься… Только не говори, что такое не возможно! — Отчего же, — легко согласился я. — Вполне возможно и даже вероятно, что кампания на Черном море будет, не так успешна, как на Балтике. — Отчего же? — Да все просто. Здесь лучшие наши войска, находящиеся вблизи от запасов и производственных мощностей противостояли худшим кораблям и экипажам союзников. Там все будет наоборот. Наши гарнизонные войска издавна собираются по остаточному принципу. Припасов мало, пополнить их трудно, а промышленности и вовсе нет. Англичане же с французами послали самые отборные силы из того, что у них имелись. Так что результат немного предсказуем…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Чему вы так радуетесь?

— Не сочтите за нахальство, но… вам не нужен повар?

— А вы и в самом деле наглец, месье!

— Просто мне хотелось быть вам хоть немного полезным.

— Боюсь, это невозможно. Если, конечно, никто не посвятил вас в планы командования союзников…

— В таком случае, ваше высочество обратилось по адресу! — на лице еще недавно трясшегося от страха француза появилась победная улыбка. — Благородный паша никогда не стеснялся моего присутствия и частенько обсуждал при мне военные планы. Более того, иногда он даже советовался со мной!

— Да, неужели?

— Ну, по большей части обсуждаемые нами вещи касались меню… тем не менее, я многое слышал.

— Куда направляется союзная армия?

— Дайте вспомнить. Речь шла о какой-то бухте немного южнее Севастополя. Какое-то варварское название… что-то вроде «баляклява» или как-то так.

— Балаклава?! — едва не подскочив со своего места спросил я.

— Да-да, — радостно закивал пленный кулинар. — Именно так.

— Что ж, месье. Если вы сказали правду, вам нечего опасаться. Более того, уверен, что смогу найти вам занятие по вашей профессии. Но если вы мне солгали…

— Я бы никогда не посмел сказать хоть слово неправды такому человеку как ваше высочество!

— Ладно. Скоро мы это выясним…

— Чего говорит, басурманин? — поинтересовался ничего не понявший из нашей беседы Тацына.

— Говорит, что быть тебе, Степан Федорович, генералом!

— Да ну!

— Вот тебе и ну! Врага побил? Пушки захватил? Ценного языка взял? С таким формуляром прямая дорога в генералы. Если эдак пойдет, ты еще моим начальником станешь. Не оставишь своей милостью?

— Шутить изволите, ваше высочество.

— Не без этого… Союзники, если пленный не соврал будут обходить Севастополь и атакуют Южную сторону.

— Это, стало быть, они по Бахчисарайской дороге через лес мимо Инкермана к Черной речке пойдут, — стал прикидывать вслух казак. — Ближе не посмеют, прямо под наши пушки. Тут их, сукиных детей, и бить надо!

— Поднимай свое воинство, атаман. Некогда отдыхать.

— Стрелков бы по более, ваше высочество. Конным в тех дебрях делать нечего…

— Ничего, спешитесь. Впрочем, пехоту тоже получишь.

— Нельзя ли морячков ваших с Балтики? Уж больно они шельмы ловкие!

— Не наглей, атаман.

— Так ведь в нашем деле без того не обойтись! — простодушно развел руками Тацына, делая вид, дескать, не получилось и не надо…

— Будут тебе морпехи, хитрован. Но смотри, мне эти ребята еще понадобятся.

— Это уж как бог свят, ваше высочество! Нешто мы без понятия?

[1] Не путать с активным участником Русско-турецкой войны 1877–78 годов колесным пароходом РОПИТ «Аргонавт» 1857 года постройки.

[2] Исторический факт. Союзники вышли к Бельбеку вечером и переправлялись до ночи. Сам бивуак был ясно виден из Северного укрепления.

[3] Чавуш — сержант в армии османской империи.