ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Большая часть попаданцев в прошлое знает, что творилось тогда, до минуты, и они легко в управленческом ремесле превосходят Рузвельта, Черчилля и Сталина, вместе взятых, а как полководцы переплевывают и Жукова и Гудериана, даже не вспотев. Попутно блестяще умея владеть и пулеметом, и мечом, и магией до кучи. Обыкновенному парню Лехе в этом плане не повезло: истории он не знает, полки водить не пробовал, даже толком драться не умеет. Все, что ему известно о войне, – это немного информации из игры «Ворлд оф танкс» (да и кому по большому счету интересно то, что было давным-давно?). Но каково же придется менеджеру, попавшему в 41-й? В тот год, когда в страшной мясорубке войны за день погибали десятки тысяч людей!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потомок к селедке относился более чем прохладно, а вот местные обрадовались – и тут же огорчились, потому что часть коробок размокла, и брикеты с концентратами высыпались из мяклых картонок, да и уложить куда ни то рыбу было непросто. Народ, впрочем, оказался тертый и не шибко брезгливый – распихали рыбин в противогазные сумки, сидоры, нашедшиеся здесь мешки… да чуть ли не по карманам – и в общем утащили все. Концентраты тоже разобрали, теперь вся группа одуряюще воняла селедкой. Но на этих людей запах совершенно не влиял – наоборот, радовались, что «бессолевая диета» нарушена и теперь можно пожевать солененького.

Как ни удивился Леха, а утащили все за один раз. Тащили невиданное количество на горбу. Самому ему тоже досталась пара коробок, и даже командир с комиссаром волокли жратву.

Последним от состава ушел пиротехник. Его три «заряда» оказались всего-лишь обычными минометками, только с взрывателями что-то намудрено было. Первый «бабах» был у цистерны (прежде по ее круглому боку дал на пробу несколько очередей из автомата Березкин, но ни одной дырки не пробил, потом с тем же успехом отстрелялись из винтовок – толстая оказалась сталь у цистерны). Грохнуло с металлическим лязгом – и после этого что-то шумно полилось и заплескалось. Татарин умело снес запорное устройство. Потом рвануло у поезда. Третью мину Абдуллин просто закопал в кучу угля и принялся поджигать все, что мог. Загоралось неохотно, но пиротехник твердо был уверен, что разгорится на славу…

– Весь лагерь селедкой пропах, – весело сказал знакомый голос в соседнем отсеке штабного навеса. Леха привычно затаился.

– Так сожрали уже почти усе. Моху ухостить, – ответил явно командир отряда.

– Нет, спасибо, воздержусь. Мне обратно возвращаться, не стоит внимание привлекать запахом. Вот если можно, лучше б мяса предложил – говорили мне, что разжились вы тут мяском.

– Это мы михом! Давно не ел? – спросил пышноусый.

– Откуда? Такой мясопуст фрицы устроили, только держись.

– Эх, мне с этим мясом мучение сплошное. Зубов-то нет, считай. Как раз перед войной собрался себе вставные челюсти заказать…

– Искусственные челюсти невыразимой прелести, – усмехнулся голос.

– Тебе смешно, – вздохнул командир, чью тайну узнал внезапно Леха, потом спросил: – Как раненые?

– Это ты о которых? О своих здешних или о тех сорока, что я в больнице под видом тифозных держу? – Тут Леха вспомнил, чей это голос, – профессора того, что Усова с Половченей смотрел.

– О своих, разумеется. Те-то еще неизвестно, что и как, а своих, если что, эвакуировать надо, – заметил пышноусый.

– Вот всегда ты так, о своих бедах думаешь. Пока с твоими все хорошо, даже этот мальчик вчерашний – и тот, в общем, средней тяжести.