Только мне-то с того какая печаль? У меня гриб на подходе, за ним нужен глаз да глаз, а пока суд да дело, задач передо мной навалено с горкой.
Керамзит всё еще не готов, а вместо ям под обжиг давно пора ставить нормальные печи, с рунами-то мы разобрались, а ведь это обещало быть самым мудреным.
И что теперь, бросить всё на полпути и потащиться торчать с деревенскими под окнами старосты, ловить обрывки чужого разговора? Нет уж, спасибоньки, обойдусь.
Хотя, если так посудить, что изменят пять минут? По уму ничего. Зато любопытство, зараза, будет зудеть под ложечкой весь день и работать спокойно не даст. Помялся я, потоптался, да и рассудил поступить хитро, глянуть одним глазком, послушать, из-за чего сыр-бор, а после уже с чистой совестью идти заниматься делом. Так оно всяко выйдет продуктивнее.
До деревни я дошел быстрым шагом, и чем ближе к воротам, тем гуще становился попутный поток. Народ стягивался к площади со всех концов, работяги на ходу жевали завтрак, бабы поправляли платки, и лица одинаково деловитые, главное не пропустить самое интересное. Мужик с тачкой, выходит, поторопился со своими «разбираются», разбираться там пока и не начинали.
Вот только площадь у нас не резиновая, кроили ее когда-то под ярмарочные ряды, а не под нынешнее население, так что посмотреть удалось в лучшем случае половине желающих. Навстречу уже тянулись первые отступившие, и разворачивались в основном пришлые, кто приехал в Порог на заработки, ну и переселенцы.
Оно и понятно, места поближе разобраны с рассвета, торчать за чужими затылками радость сомнительная, а работа, в отличие от гостей, сама себя не сделает. Местные же расходиться и не думали, собрались в полном составе, от мала до велика, тут их понять можно, уйди сейчас, и о чем потом судачить долгими вечерами?
В толпу я входил аккуратно, где бочком, где под локоть, и уже на третьем шаге наслушался такого, что хоть записывай.
— За податями приехали, помяните мое слово, — мрачно пророчил дед у самого края, опираясь на клюку, как на копье.
— Скажешь тоже, — отмахнулась от него тетка с корзиной. — С золотом за податями не ездят, для такого дела шлют десяток стражников да писаря позлее.
— А клетка тогда на что? — влез голос из задних рядов.
— Зверя заморского привезли! — оживилась старушка в цветастом платке. — Лорд пожаловал, за заслуги.
— Тебе бы такую клетку, балаболка, — беззлобно огрызнулся дед и перехватил клюку поудобнее. — Зверя им… Дознавательская это карета, ясно? Черных вон видала? То-то же.
— По мастерову душу приехали, — рассудил кто-то по соседству, и на него сразу зашикали, мол, не каркай.
Ближе к середине народ стоял уже плечом к плечу, и там кипел отдельный спор, делили места.






