Боюсь, что даже в ЦК. Кроме того, если у армейцев и флотских свои ценности, которые идут с ними сквозь века вне зависимости от политической позиции, и с ними все относительно ясно, то с чиновниками и партийными работниками все очень неоднозначно. – Насколько? – пыхнув трубкой, спросил Сталин. – Настолько, насколько это возможно. Мы продолжаем проверять центральные аппараты партии и правительства, натыкаясь на совершенно возмутительные детали, связанные либо с моральным разложением личностей, либо с мутными делами, в том числе и с уголовными корнями. Практически все сотрудники, которых мы проверили, занимаются приоритетно личными делами. Кто-то карьерой, подсиживая коллег и руководителей, кто-то пытается улучшить свое материальное положение, кто-то просто плывет по течению, стараясь прикладывать к этому как можно меньше усилий, и так далее. Искренних коммунистов очень мало. Можно сказать, что их и нет вообще. Поскобли человека немного и из-под тонкого слоя «идеологически верной» штукатурки выглянет совершенно незнакомая и неожиданная личность. Люди просто надели на себя маски и говорят правильные слова, не очень сочетающиеся с их убеждениями. Особенно на местах. – Чтобы построить идеальное общество, нужны идеальные люди… – тихо произнес Сталин, покачав головой. – Что? – удивленно переспросил Берия. – Я процитировал слова Тухачевского, сказанные мне, – усмехнулся вождь. – Боюсь, что с такими людьми нам коммунизма не построить. Но других нам взять неоткуда. – А если перевоспитать? – Вы сами в это верите? Запугать. Подавить. Подчинить. Да. Но перевоспитать взрослых людей? – Сталин задумался и молчал несколько минут, куря трубку. – Товарищ Берия, подготовьте мне подробный доклад по всем проверенным вами сотрудникам центрального аппарата. Плюс если у вас есть подобные сведения, то по некоторым директорам заводов и председателям колхозов. – Конечно, товарищ Сталин…
----------
Эпилог
Эпилог
21 ноября 1937 года. Москва. Всесоюзный XVIII съезд ВКП(б), созванный на полтора года раньше реального срока…
Тухачевский вошел в зал и слегка вздрогнул. Ровно два года прошло с момента начала этой авантюры. День в день. И именно сегодня судьба всего предприятия выходила на принципиально новый уровень.
Съезд начали собирать настолько неожиданно и энергично, что все делегаты, да и не только они, оказались сильно взволнованы. У многих партийных функционеров эта спешка вызывала обеспокоенность, которую Тухачевский отчетливо видел на лицах начальствующего состава как в Москве, так и в регионах, где он частенько бывал. Особенно сильно обострял напряжение тот факт, что чистка последнего года продолжалась и ее принципы были многим не понятны.






