ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я воображала себя лишь тенью великого Мастера и верила, что в этом моё назначение. Но даже оказавшись на обочине жизни, я не поняла главного: Мастер — это я! Теперь Вере, которую зовут Фэйтелин, или просто Фэйт, придётся узнать о себе много нового. Попаданке стоит запомнить: здешний город похож на Лондон XVIII века. И кроме промышленной революции, тут хватает занятий, в которые приличным барышням лучше не соваться. Но мы не робкого десятка! Обложку нарисовала Валерия Пономарёва. Жена мастера Марьяна Брай Я воображала себя лишь тенью великого Мастера и верила, что в этом моё назначение. Но даже оказавшись на обочине жизни, я не поняла главного: Мастер — это я! Теперь Вере, которую зовут Фэйтелин, или просто Фэйт, придётся узнать о себе много нового. Попаданке стоит запомнить: здешний город похож на Лондон XVIII века. И кроме промышленной революции, тут хватает занятий, в которые приличным барышням лучше не соваться. Но мы не робкого десятка! Обложку нарисовала Валерия Пономарёва. ==================== Жена мастера Жена мастера Глава 1 Мои паль­цы все­гда зна­ли боль­ше, чем мой ра­зум. Ещё до то­го, как я на­учи­лась чи­тать но­ты, я мог­ла на слух опре­де­лить фаль­ши­вую стру­ну на ста­ром ба­буш­ки­ном пи­а­ни­но, а звук за­еда­ю­ще­го ме­ха­низ­ма ча­сов вы­зы­вал во мне по­чти фи­зи­че­скую боль. Не­уди­ви­тель­но, что я, де­воч­ка, вы­рос­шая сре­ди ше­сте­рё­нок и ка­мер­то­нов, вы­бра­ла путь ре­став­ра­то­ра. Я не про­сто чи­ни­ла сло­ман­ное, я вды­ха­ла жизнь в умолк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Па­ни­ка, лип­кая и удуш­ли­вая, под­сту­пи­ла к гор­лу. Я рыв­ком се­ла на жест­кой ле­жан­ке, а за­тем, ша­та­ясь, вско­чи­ла на но­ги. Ком­на­та кач­ну­лась, по­плы­ла пе­ред гла­за­ми. Ме­ха­низ­мы на пол­ках на мгно­ве­ние пре­вра­ти­лись в хищ­ных па­у­ков. — Эй, ти­ше! — муж­чи­на то­же вско­чил, опро­ки­нув лёг­кий та­бу­рет, и в два ша­га ока­зал­ся ря­дом. Его ру­ки осто­рож­но лег­ли на мои пле­чи, не да­вая упасть. — Фэйт, осто­рож­нее. Те­бе нель­зя так рез­ко вста­вать. Ле­карь ска­зал: пол­ный по­кой. Ты слиш­ком дол­го бо­ле­ла. При­кос­но­ве­ние его бы­ло тёп­лым и твёр­дым. Насто­я­щим. Я чув­ство­ва­ла теп­ло его ла­до­ней сквозь тон­кую ткань сво­ей ру­баш­ки. И это бы­ло по­след­ней кап­лей. Жи­вот­ный, пер­во­быт­ный страх за­то­пил ме­ня пол­но­стью. Я в чу­жом ме­сте. С чу­жим муж­чи­ной. И он на­зы­ва­ет ме­ня чу­жим име­нем. Я по­пы­та­лась от­шат­нуть­ся, вы­рвать­ся, но он дер­жал ме­ня: несиль­но, но на­стой­чи­во. — Фэйт, это я. Фре­де­рик. Посмот­ри на ме­ня. Всё хо­ро­шо, — он при­тя­нул ме­ня к се­бе, за­клю­чая в объ­я­тия. Это бы­ло не страст­ное, а ско­рее успо­ка­и­ва­ю­щее, за­щи­ща­ю­щее дви­же­ние. Я уткну­лась ли­цом в его про­пах­шую мас­лом ру­ба­ху, чув­ствуя, как ко­ло­тит­ся моё серд­це. И в этот мо­мент мой взгляд, блуж­да­ю­щий по ком­на­те в по­ис­ках спа­се­ния, за­це­пил­ся за что-то на стене за его спи­ной. Это бы­ло зер­ка­ло. Боль­шое, оваль­ное, по­туск­нев­шее, в по­трес­кав­шей­ся ра­ме. Стек­ло бы­ло ста­рым, с тём­ны­ми пят­на­ми и в тон­кой па­у­тин­кой тре­щин, но оно всё ещё от­ра­жа­ло. Я ви­де­ла в нем ши­ро­кую спи­ну Фре­де­ри­ка, его свет­лые во­ло­сы. А за ним… за ним бы­ло моё ли­цо. Толь­ко это бы­ло ли­цо незна­ком­ки. Из зер­ка­ла смот­ре­ла то­щая, блед­ная, до смер­ти на­пу­ган­ная де­вуш­ка с огром­ны­ми, тем­ны­ми, как ому­ты, гла­за­ми. А во­ло­сы… Кас­кад длин­ных вью­щих­ся тем­но-ру­сых во­лос рас­сы­пал­ся по пле­чам. Я Ве­ра. Ве­ра с ру­сы­ми, пше­нич­ны­ми во­ло­са­ми, ко­то­рые я всю жизнь стриг­ла под ка­ре. Я не мог­ла иметь та­кие во­ло­сы. У ме­ня не мог­ло быть та­ко­го ли­ца. Я за­мер­ла в его объ­я­ти­ях, не ды­ша. Мозг от­ка­зы­вал­ся при­ни­мать то, что ви­де­ли гла­за. Дро­жа­щей ру­кой, ко­то­рая то­же вы­гля­де­ла чу­жой, я мед­лен­но по­ма­ха­ла се­бе в зер­ка­ле. От­ра­же­ние в точ­но­сти по­вто­ри­ло дви­же­ние – ис­пу­ган­ная тем­но­во­ло­сая де­вуш­ка по­ма­ха­ла в от­вет. Ти­хий стон вы­рвал­ся из мо­ей гру­ди. Это бы­ло невоз­мож­но. Это­го про­сто не мог­ло быть. Фре­де­рик, по­чув­ство­вав, как я за­сты­ла, осто­рож­но от­стра­нил­ся, но про­дол­жал дер­жать за пле­чи, вгля­ды­ва­ясь в моё ли­цо. — Фэйт, ды­ши, — про­из­нес он ти­хо и на­стой­чи­во.