ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он — родитель моего бывшего молодого человека. Он — мой начальник. Он — тот, из-за кого я забыла, как дышать. На торжестве по случаю дня рождения его сына я влюбилась в отца именинника. Через 30 дней я уже была сотрудницей его компании. Ещё через 30 дней мы целовались в пустом кабинете, осознавая, на какой риск идём. За нами следят репортёры. Мой экс-парень плетёт интриги. А Александр Захаров, холодный делец, вдруг заявляет: «С тобой я хочу продолжать, а не просто существовать». Я — его самый безрассудный ход. Он — моё избавление. Но достаточно ли у нас отваги построить новую семью на руинах старой? Это повествование о запретном чувстве. О двух израненных людях, нашедших друг друга в неподходящем месте и в неподходящее время. О том, что любовь не спрашивает разрешения — но расплачиваться за неё приходится храбростью. Мужчина с тяжёлым прошлым. Сохраняйте в библиотеку и оценивайте. Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я кивала в нужных местах, улыбалась, когда требовалось. А внутри билось одно: не смотри на него, не смотри, не смотри.

Я, конечно, смотрела.

Он отошел к бару, где красивая женщина лет пятидесяти — как я позже узнала, тетя Максима — разливала шампанское. Что-то сказал ей. Она рассмеялась, положила руку ему на плечо с привычной легкостью близкого человека.

Я отвернулась так резко, что Максим вздрогнул.

— Ты в порядке?

— Да, — соврала я. — Просто нервничаю. Первое знакомство с семьей и все такое.

Он улыбнулся — открыто, тепло. Максим был хорошим. Внимательным. Заботливым. За три месяца отношений он ни разу не повысил голос, всегда открывал двери, помнил про аллергию на арахис и терпеливо слушал мои нытья о курсовых.

Я встречалась с ним, потому что он был правильным выбором. Потому что мне было двадцать четыре, и все вокруг уже строили отношения, а я торчала в библиотеке по уши в долгах после маминой болезни и боялась, что так и останусь одна. Потому что Максим смотрел на меня так, будто я была чем-то особенным.

А теперь я стояла в его гостиной и не могла отвести глаз от его отца.

Хуже придумать сложно, да?

Дом Захаровых — назвать это квартирой язык не поворачивался — занимал два верхних этажа элитного комплекса на Остоженке. Панорамные окна во всю стену, минималистичный дизайн, приглушенный свет. Все выверено, дорого, безупречно.

Как он сам.

Нет. Хватит.

Я сжала бокал с шампанским так, что костяшки побелели, и заставила себя сосредоточиться на Максиме. На его улыбке. На тепле его руки на моей пояснице.

Три месяца мы были вместе, и я все еще ждала, когда влюблюсь по-настоящему. Люди ведь влюбляются постепенно — я читала об этом, слышала от подруг, почти убедила себя, что так и будет.

— Пойдем, познакомлю тебя с тетей Маргаритой, — сказал Максим. — Только предупреждаю: она задаст миллион вопросов.

— Я готова.

Я не была готова. Особенно когда Маргарита — высокая, эффектная, с копной рыжих волос — усадила меня на диван и начала допрос с пристрастием, а он сел напротив.

Александр Захаров. С бокалом виски в руке и совершенно нечитаемым выражением лица.

— Так ты учишься на архитектора? — Маргарита подалась вперед с искренним интересом. — Как чудесно! Саша, ты слышишь? У Евы тоже архитектурное образование!

Я вспомнила строчку из статьи — Захаров начинал как архитектор, закончил МАРХИ, прежде чем уйти в строительный бизнес.

— Слышу, — ответил он ровно. — Какой университет?

— МАРХИ.

— Курс?

— Магистратура. Первый год.

Он кивнул. Молча. Без единой эмоции на лице. Но я почему-то ощутила себя абитуриенткой перед приемной комиссией — непонятно, прошла или завалила.

— Ева талантливая, — вставил Максим с гордостью, которая заставила меня поморщиться. — Показывала мне свои проекты — огонь.

Я не показывала их никому.