ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мотылька должны были выкрасть из колыбели, чтобы отдать на заклание в час Подати. Фейри оплошали, и теперь юноше остаётся лишь бесконечно убегать от смерти. Он сменит участь раба на цирковую арену, трон Джека-Фонаря на скромную должность констебля. Его жизнь перевернётся не единожды, прежде чем Колесо Времени закрутится в обратную сторону и мир пробудится. Но доживёт ли он до этого? Мотылёк Татьяна Лаас Мотылька должны были выкрасть из колыбели, чтобы отдать на заклание в час Подати. Фейри оплошали, и теперь юноше остаётся лишь бесконечно убегать от смерти. Он сменит участь раба на цирковую арену, трон Джека-Фонаря на скромную должность констебля. Его жизнь перевернётся не единожды, прежде чем Колесо Времени закрутится в обратную сторону и мир пробудится. Но доживёт ли он до этого? ==================== Пролог Пролог Наше время Праздник отгремел, оставляя за собой грязные столы на манеже, пустые бутылки, горы серпантина и вездесущие конфетти. И всего пару оставшихся дел. И пустоту в груди. И боль. Прощание с цирком, друзьями, знакомыми, случайными попутчиками и привычной жизнью закончено. Он шел к этому очень долго — целых двадцать лет. Он шел к этому с того самого момента, как заметил две наглые и любопытные головы, пролезающие в свежепрорезанную дыру в брезенте цирка. Вики и Джек. Джек и Вики. Новые хозяева Самайна. А уж сколько лет до этого он их ждал! Почти век. Так что неудивительно, что он их тут же узнал. Тревожило только одно — складной нож был в руках девочки, а не у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Сейчас? — уточнил он, судорожно вспоминая, где остались его штаны?

Она очень серьезно кивнула:

— Сейчас!

Он фыркнул:

— Круассан, так круассан…

Мотылёк помчался в комнату, оставляя за собой разочарованную Фэй. Раньше его не волновали такие глупые условности, чтобы украсть круассаны. Он натянул джинсы и вылетел прочь под её крик:

— Ты деньги забыл!

Он развернулся в воздухе, на миг застывая на месте, и косые солнечные лучи превратили его волосы в красное золото.

— У меня тут кредит!

Он вернулся с булочками и горячим кофе в стаканчиках с крышками.

— Ого, а я только подумала, что один круассан будет слишком мало… — улыбнулась Фэй.

— Я повзрослел, Фэй. — Он подмигнул и поставил стаканчики на широкое ограждение террасы. Туда же отправились булочки в бумажном пакете. — Юность — это энтузиазм и безудержное веселье, а взрослость — опыт и…

— Эскапады? — предложила свой вариант Фэй, рукой поправляя длинную челку, налезшую на глаза.

Ветер игрался его рубашкой, надетой на Фэй, показывая иногда совсем нескромное, и Мотылёк не удержался, снова поцеловал её, забывая про завтрак.

Она устало прижалась к нему куда-то в основание шеи, нагло кусая. Её ноги обвили его, пятки больно стукнули в поясницу.

— Мотылёк… Я тебя люблю… Не дай мне улететь от тебя, хорошо?

— Хорошо, — согласился он.

— И, быть может, я когда-нибудь соглашусь стареть вместе с тобой.

— Я не старик, Фэй. Мне всего лет тридцать пять, максимум.

— Угу… — Она снова укусила его. — Ты мой. Никакой Альбе тебя не отдам. И Кревану тоже.

— А этот-то тут причем?

— А для чего ты ему был нужен? — Она довольно гнусно хихикнула. — Ты не интересовался этим, да?

— Я знаю, для чего я ему был нужен.

— Во-о-тт, я тебя ему не отдам: твоя удача — только твоя. Они с Гранатом одно время поделить тебя не могли… Впрочем, и Гранату я тебя тоже не отдам — он тебя видел Податью, чтобы лет так на триста и дольше забыть о страхе Тейнда… Ты же уже знаешь, что такое Тейнд?

Он кивнул — её дыхание щекотало кожу, заставляя ежиться и чуть отстраняться.

— Не отдам, — снова повторила Фэй и потерлась носом.

Одинокий дворник, подняв голову долго на них смотрел с улицы. Мотылёк для верности сложил крылья за спиной — без них его сложно опознать.

— Эх вы! Бесстыдники! — дворник качнул головой и пошел подметать пустые дневные улицы дальше.

Мотылёк не удержался и крикнул ему:

— Завидуй молча!

Фэй беззвучно рассмеялась, утыкаясь носом ему в грудь и нещадно щекоча.

— А я наивно думала, что ты на такое больше не способен…

Она чуть отстранилась, беря остывший стаканчик с кофе и почти залпом его выпивая.