ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Здесь превыше всего пар и электричество, наука вытеснила веру, а магия — удел немногих изгоев. Однако грань, отделяющая явь от преисподней, крайне непрочна, и поборникам научного прогресса с огромным напряжением получается сдерживать натиск демонических созданий. Электричество превосходит магию, но и его сил не бесконечно. Леопольд Орсо, некогда служивший детективом-констеблем в сыскной полиции метрополии, носит титул сиятельного. По наследству ему перешёл мрачный дар: воплощать воображением страхи и фобии других людей. Разобраться со своими личными кошмарами оказалось задачей куда более трудной, а едва он с ними справился, как некий умный и могущественный злоумышленник затянул его в игру, где граница между марионеткой и кукловодом стёрта. Победа невозможна, поражение означает падение в ад. Сбежать? Силок сплетён слишком умело.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Страху подвержены все: и люди, и демоны. Страх — неизменный спутник любого разумного существа, а падший панически боялся упустить свой шанс и остаться в плену бездушных механизмов.

Мой талант словно взбесился, сознание раздвоилось, одна его часть витала над амфитеатром, другая тонула в накатывающей волне потусторонней силы.

Адриано Тачини уже не сидел на стуле. Он суетливо вышагивал из угла в угол и беспрестанно посматривал на часы. Архитектор был сиятельным и в полной мере ощущал присутствие инфернального существа. Падший выпрастывал из подвала свою сочившуюся потусторонней энергией сущность и понемногу изменял пространство вокруг себя. Замигала лампочка под потолком, задрожал пол. Созданная Максвеллом защита не справлялась, и демон возвращался в наш мир, цепляясь за реальность и перебарывая железной волей помехи генераторов.

«Он убьет тебя, идиот!» — заколотилось в голове запоздалое озарение, а в следующий миг фрески Кали окончательно слились в единое целое с образом Лилианы, и тот вспыхнул невыносимым сиянием сверхновой звезды.

Заполонившая подземелье энергия демона хлынула в прожженную гипнотическим воздействием дыру в моей душе, я не смог бы сопротивляться, даже если бы захотел. Любой сиятельный несет в себе крупицу потустороннего, а подобное всегда тянется к подобному. Сознание закрутил убийственный ураган чужой силы и чуждых людям эмоций, яростного гнева и жгучих обид. Через ослабевшие электромагнитные поля пока прорывалась лишь чистая энергия, но и она оказалась невероятно сложна для восприятия человеком, пусть и сиятельным.

«Лили ведь даже не умрет! — мелькнула в голове подленькая мыслишка. — Просто перейдет в иную форму существования! И ты не любишь ее, а она — тебя. Вы слишком разные! Это все фокусы гипнотизера…»

«Любовь»? — слово это своей неуместностью на миг разогнало заполнивший голову туман и помогло принять решение. Энергия выплеснулась наружу, как хлещет вино через дырку в старых мехах; мне оставалось лишь слегка направлять ее и не давать захлестнуть себя с головой.

Видение танцующей в амфитеатре Лилианы сменилось кислотными кляксами наркотического бреда, и чем дальше, тем больше эти сюрреалистичные видения затягивала тьма. Какое-то время продолжал хрипеть в динамике голос Альберта, а потом не стало слышно и его…

Когда я очнулся, все уже закончилось.

Очнулся — это хорошо. Но надолго ли? Решетки никуда не делись, а стоило только прикоснуться к железным прутьям, тело пронзил электрический разряд.

Динамик молчал, подвал заполнял размеренный гул вентилятора, это работала вытяжка. Адриано Тачини выставил в коридор баллон с наркотическим составом, потом вернулся и стянул с лица дыхательную маску.