ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Команда корабля «Твен» — пёстрая, иногда даже буквально — получила поручение от высшей цивилизации Ракс. Уклониться нельзя: Ракс есть Ракс. Надежд на успех мало. Но выбора нет. Значит, придётся сделать то, что кажется невыполнимым. ПРЫЖОК Сергей Лукьяненко Команда корабля «Твен» — пёстрая, иногда даже буквально — получила поручение от высшей цивилизации Ракс. Уклониться нельзя: Ракс есть Ракс. Надежд на успех мало. Но выбора нет. Значит, придётся сделать то, что кажется невыполнимым. ==================== От автора От автора Писатель, рассказывающий о нашем мире, как правило, обходится словами, существующими в нашем языке. Писатель, который рассказывает о других мирах или будущем, неизбежно сталкивается с проблемой — как назвать то, чему нет точного аналога? Поскольку в этой книге действие происходит в будущем и в нескольких мирах, я был вынужден адаптировать бо́льшую часть незнакомых терминов, приведя их к знакомому виду. Однако надо учитывать, что отличия имеются практически всегда. Ряд терминов вообще пришлось оставить в грубой транскрипции — меры длины на Неваре не имеют точных аналогов среди земных языков, и автор счел нужным сохранить их в первозданном виде. В то же время основные меры расстояния Соргоса крайне близки к человеческим (98 сантиметров и 1011 метров), поэтому автор решил использовать термины «метр» и «километр». Вот примеры нескольких слов и терминов для любознательного читателя: Земля 1. Книга, книжка — практически всегда имеется в виду электронная книга, в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На неуязвимые корабли найдётся неотразимое оружие.

Всегда существует уязвимость!

Он почувствовал, как твёрдая поверхность под ним растаяла, как тело погружается вглубь. Что сейчас происходит? Какие-то сенсоры сканируют его мозг, выкачивают мысли, чувства, воспоминания, переводят всё в цифровую форму?

А может быть, его уже нет?

Он уже превратился в поток данных, где-то на границе реального мира и симуляции? Мыслящий призрак, ожидающий воплощения?

Валентин открыл глаза.

Что-то не так.

Лючия говорила, что они придут в себя в точно такой же беседке, стоящей посреди безжизненной пустыни. Пустыня — тысячекилометровый защитный барьер от непрошенных гостей, никто не сможет её преодолеть самостоятельно. У перешедших в Лисс нет с собой снаряжения, в пустыне нет ни воды, ни еды, а жизнь в симуляции подчиняется таким же законам, как и в реальности. Проще говоря — от голода и жажды можно умереть.

Но вместо беседки из камня торчали какие-то обточенные обломки стен, крыша вообще исчезла и над ним было сумрачное небо, накрапывал мелкий, но частый дождь. Очень часто, едва ли не каждые пять-шесть секунд ослепительно полыхали молнии и гремел гром. Пустыня оказалась не безжизненной, скорее походила на степь, повсюду росла какая-то низкая бледная трава, среди неё мелькали не то крупные насекомые, не то мелкие грызуны. Лежанки-саркофаги выглядели изношенными, постаревшими, испещрёнными пятнами и кавернами. На одной лежала Лючия, медленно потирала лицо рукой. Из другой рывками, неровно, поднималось напряженное тело Криди — из лап кота то втягивались, то выдвигались когти.

— Что-то не так... — повторила вслух Лючия его мысли, приподнимаясь. Посмотрела на командира с испугом. — Так не должно быть!

Поверхность ещё двух саркофагов стала вздыматься пузырями — появлялись Ян и Мэйли.

Валентин встал, вглядываясь в небо. Капли дождя гулко барабанили по коже, вспышки молний заставляли жмуриться, камешки впивались в голые стопы. Всё было чересчур, слишком ярко, слишком рельефно, слишком громко.

Он знал — теоретически, да и Лючия-три подтвердила, что с поверхности мира-кольца невозможно рассмотреть его целиком. Кольцо теряется в небе, тонет в воздушной дымке, затененные экранами области вообще не видны. В лучшем случае можно разглядеть пунктирную нить через небосклон, теряющуюся в зените, возле навечно застывшей там звезды.

Но сейчас мир-кольцо был виден весь. Его поверхность мерцала ослепительно-яркой нитью.

Похоже было, что над всей симуляцией бушевала чудовищная гроза.

— Я не знаю, не знаю! — выкрикнула Лючия. — Это не так, как должно быть!

Поднялся Ян, помог встать Мэйли.

Все они невольно сбились вместе, озираясь и пытаясь понять происходящее. Не было времени комплексовать о наготе, спорить, удивляться.