Честно говоря, было просто страшно.
— Это Ракс, — сказал Горчаков. — Это Ксения, она разрушает Лисс!
Ян нахмурился, не понимая. А вот Криди вдруг оскалился, явно радуясь тому, что понял.
— Компьютерный вирус?
Горчаков невольно усмехнулся. Удивительно, что даже у самых мирных и добропорядочных существ, доживших до появления сложных электронных устройств, возникало понятие компьютерного вируса. Наверное, желание научиться разрушать что-то очень сложное, идёт под руку с желанием научиться это создавать.
— В каком-то смысле! — перекликая раскаты грома, ответил он. — Она ведь... в сущности она искин!
Вдали вдруг мгновенно выросла, покрылась снежной шапкой — и растаяла в воздухе высоченная гора. Валентин даже не стал пытаться угадать её высоту.
Почва под ногами вздрогнула серией коротких ударов.
Горчаков растерянно подумал, что миру-кольцу, похоже, приходит конец.
Они неслись в серой мгле. Матиас не знал, отражает ли это какие-то особенности симуляции, или же Ксения просто выбрала простую и понятную форму перемещения для своих спутников.
— Он последний, — сказала Ксения, глядя на Матиаса. — Последний, но не единственный. Тысячи лет они существовали в симуляции, строя и наполняя этот мир. Они не размножались, не порождали новую жизнь.
— Разве в симуляции...
— Тоже возможно. Ведь мать создала меня, — Ксения улыбнулась. — Но они слишком эгоистичны и подозрительны, чтобы развивать свою цивилизацию. Вместо этого они интриговали, уничтожали и поглощали сознания друг друга, сливались с искинами. Лисс — это один-единственный разум, слияние сотен человеческих сознаний и покорных им искинов. Наверное, лишь выбираясь наружу, выбрасывая в пространство свои аватары они обретают подобие нормальной психики... возможно, они хотели бы остаться там, но безусловные директивы прошиты в их сознании, так же как в разуме искинов... они возвращаются или гибнут... ими движет только месть и удовольствие от разрушения.
— Но он говорил, что они спасают миры!
— Ложь, которая заменила им правду. Смотри...
Серая мгла замерцала, будто сдергивали и набрасывали занавес. Они перемещались по миру-кольцу со скоростью, возможной лишь в симуляции.
И видели то, что Стиратели не показывали Лючии и Мегер.
Пылающие города с разбегающимися по улицам существами. Армии, тонущие в тяжелых медленных волнах едкого голубого геля. Летающие корабли, маневрирующие и стреляющие друг в друга ослепительными лучами. Громоздкие неуклюжие фигуры, борющиеся на огромном стадионе, отрывающие друг другу конечности и умирающие в брызгах крови. Ледяные поля, на которых вспухали дымные разрывы, пронизанные огнём и снежной пылью. Бурлящие океаны, озаряющиеся вспышками света из глубин.
— Это не из-за нас! — выкрикнула Ксения, когда серая пелена милосердно сомкнулась.






