ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Где-то в середине XIX столетия, в Российской империи. Крестьяне пашут землю, Крымская война позади, вот-вот отменят крепостное право — и тут я оказываюсь в теле сына безвестного помещика. Сам этого не хотел, причин никаких, зато проблем — полный воз. И первая: как-то приспособиться к обществу, потому что память прежнего хозяина тела у меня напрочь отсутствует. Сын помещика Никита Семин Где-то в середине XIX столетия, в Российской империи. Крестьяне пашут землю, Крымская война позади, вот-вот отменят крепостное право — и тут я оказываюсь в теле сына безвестного помещика. Сам этого не хотел, причин никаких, зато проблем — полный воз. И первая: как-то приспособиться к обществу, потому что память прежнего хозяина тела у меня напрочь отсутствует. ==================== Глава 1 Глава 1 Июнь 1859 года Я проснулся от сильной тряски. В нос ударил запах сена, и неимоверно тянуло чихнуть из-за травинки, которая щекотала ноздри. — АПЧХИ! — не выдержал я. — Будьте здоровы, Роман Сергеевич! — раздался чей-то приглушенный голос, словно из-за переборки. Это он мне? Но меня ведь Юрой зовут? Разлепив глаза, тут же захотелось помотать головой, словно сбрасывая наваждение. Но мысль была неудачной — в висках тут же отозвалось покалыванием, и я резко передумал делать новые поспешные движения. Когда боль притупилась, я аккуратно осмотрелся. Над головой был виден матерчатый полог. По бокам располагались проемы-окна не прикрытые ничем, через которые можно было разглядеть простирающиеся вдоль дороги лес

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Такую Пелагея и собственными силами могла бы содержать.

Но во всем этом смущало девушку два момента — ее почти все окружающие, даже слуги почитали сералькой ее господина. И очень удивлялись, когда узнавали, что она еще целомудренна. А второе, что смущало и вызывало недоумение у Пелагеи — отсутствие поползновений со стороны господина. Настолько он к ней равнодушен, что девицу стало это откровенно задевать. В деревне ее почитали первой красавицей. Да и прибывши в поместье Винокуровых, она не увидела никого краше ее. Так почему Роман Сергеевич даже не делал попыток зажать ее в тесном углу, как тот же Аким? Неужели она для него — уродина? Такие мысли крутились в голове Пелагеи, пока она не услышала чуть ли не прямой приказ Сергея Александровича сыну — завалить ее, Пелагею, где-нибудь в углу. И тот слух, что пошел про ее господина, будто он… нет, даже думать о таком не следует! Да и вранье все это, вон какие жаркие взгляды Роман Сергеевич бросал на нее, когда они покинули квартиру Маргариты Игоревны. Но все же — почему ее господин никак ее не домогается? Может, и правда самой проявить некую решимость, как и посоветовал-приказал барин? А то она уже начала сомневаться в собственной красоте. Сон стал тревожным. Да, пожалуй, так она и сделает! Только момент надо выбрать, чтобы настроение у господина было хорошее. А то лишиться столь интересного места и должности ей категорически не хотелось.

----------

Глава 17

Глава 17

23 июня 1859 года

Утро у меня снова началось с обливаний. Когда Пелагея вылила на меня тазик воды, то не ушла сразу, как вчера, а задержалась, кидая непонятные взгляды.

— Что-то случилось? — спросил я, вытираясь.

— Нет, господин. То есть… я хотела сказать, что могу прийти к вам в комнату. Вечером или в иное время, когда вам захочется.

— Конечно, — фыркнул я, — ты же моя личная служанка.

— Я о другом, — замялась она. — Ну… я могу сделать вам приятное. Если желаете. По мужской части, — уже шепотом, уставившись в землю, прошептала она.

— Это из-за слов отца? — нахмурился я. — Так вот — я тебя ни к чему принуждать не буду. И если сама не хочешь, то и не надо. А на слова Сергея Александровича в этом плане, не обращай внимания. Кого и когда тащить в свою койку я и без него разберусь.

— Ну… я и сама… не против, — покраснела девушка и, испугавшись своей откровенности, тут же выпалила, — ну, я пойду. Мне еще комнату вашу прибрать надо.

И тут же, выхватив у меня полотенце, скрылась в доме. Мне живо вспомнились собственные подростковые годы в прошлой жизни. До того, как я впервые занялся сексом. Вот также мялся да был на жутком стрессе. И лишь после первого опыта такой мандраж ушел. Наверное, и у Пелагеи также.

Откинув мысли о девке, чтобы не вгонять себя в искушение, я занялся тренировкой.