А когда Иван с Игорем начали шутливо драться за то, кто первым наложит себе квашеной капусты, тут же последовало грозное покашливание со стороны отца и поджатые губы матери, что разом оборвало их игру. Смотрю, этикет и правила поведения тут вбивались с младых лет. Да и вообще дети с нами за столом долго не сидели. Стоило им поесть, как их сразу отправили по своим комнатам. К тому моменту я успел узнать, что отец заключил договор с Уваровым о поставке леса на нашу лесопилку, и заключил договор с закупочной комиссией Департамента государственных имуществ.
— Дорогу тянут на восток, — делился отец, — досок и бруса на шпалы много надо. Да и ручьев в нашей стране полно — на мосты дерево тоже идет. И это хорошо! Наша лесопилка заказами лет на десять обеспечена, главное, чтобы древесина была.
— Ходят слухи, что граф Свечин собирается у себя тоже такую построить, — заметила мать. — Не упадет ли цена из-за этого?
— У него подходящих рек нет, — усмехнулся отец. — А паровые лесопилки угля требуют уйму. У него доска в полтора раза дороже будет, чем наша. Да и не подвинет его лесопилка нашу — заказов у Государя-императора на всю отрасль хватит, — уверенно закончил он.
Но вот ужин почти подошел к концу, отец от выпитого и воспоминаний об удачной сделке по лесопилке подобрел, и я решил, что сейчас уже можно попробовать и «закинуть шар» насчет моей «амнезии». Как я понял уже через минуту, идея была неудачной.
— Вспоминай, ирод, чему тебя в академиях учили! Я не для того двести рублев отдавал, чтобы ты сейчас мне на беспамятство жаловался! — крутил он мне ухо.
А я всего-то и сказал, что в дороге мне дурно стало, да так — что память подводить начала. Что-то помню, а чего-то нет. Кроме нас троих за столом никого не было. Пустые тарелки кухарка Марфа уже унесла, оставив на столе лишь графин с вином, да легкие закуски — ливерную колбасу, огурчики маринованные, да сырокопченую свинину. Но от этого мое положение было не менее унизительным.
— Вспомню, отец! — вопил я, корчась от боли в выкрученном ухе, — все вспомню, только отпусти!
— Сергей Александрович, государь мой, да ты же его без уха оставишь! Это же мальчик наш, ты что⁈ — причитала мать.
Еще немного подержав меня цепкими и сильными пальцами, отец посмотрел на мать и удовлетворенно кивнул.
— То-то же, — довольный моим ответом, наконец выпустил он меня из своей хватки. — Смотри у меня! Н-наследничек, — процедил он. — Завтра жду тебя у себя. Будешь мне говорить, чему там вас учили, чтоб у нас хозяйство больше доход давать стало.
Да уж, идея рассказать полуправду и сослаться на амнезию, оказалась мягко говоря провальной. Теперь придется как-то выкручиваться.
— Покажи аттестат, — вдруг велел он, — посмотрю, от чего у тебя вдруг память отшибло.






