Бригадефюреру нужно было срочно восстановить разорванный мной соляной контур. Но старому колдуну, несмотря на весь его колоссальный опыт, было не под силу в одиночку укротить разъяренного Хозяина Леса. Ему нужен был дополнительный приток магии, самая малость…
И Вайстор знал, как получить этот поток прямо сейчас. Просто кто-то из одарённых, неважно кто, должен умереть. Старик внезапно выпрямился во весь рост и резко взмахнул руками. С его скрюченных пальцев сорвались чёрные, как сама бездна, щупальца концентрированной энергии.
Что это за хрень, я не знал, но предположил, что это что-то типа моего Меча Тьмы. Щупальца двигались с неестественной скоростью, рыская из стороны в сторону и извиваясь, как ядовитые змеи. А через мгновение они бесшумно впились прямо в тела его подручных.
Это было что-то запредельное — я с ужасом наблюдал, как кожа на лицах эсэсовцев мгновенно посерела и сморщилась, как будто высохнув. А от них к старику по этим жутким щупальцами хлынул поток магии и живительной силы. Вайстор жадно втягивал эту энергию в себя, а его «помощники» продолжали неподвижно стоять, словно парализованные.
Сутулая фигура старикана распрямилась, глубокие морщины на лице разгладились. Даже эфир, окружающий Вайстора, «вскипел», не выдержав концентрации древнего Зла, сосредоточившейся в грёбаном колдуне. А Вайстор усиленно продолжал высасывать эсэсовцев досуха, намереваясь, похоже, превратить их в сухие и сморщенные мумии.
Но Вайстор, уверенный в своем собственном превосходстве, всё-таки совершил роковую ошибку: он забыл, что перед ним не безвольные жертвы, а закалённые в боях и интригах тёмные маги из «Аненербе» — его лучшие ученики, которые не собирались сдохнуть без боя.
Первым, несмотря на своё полумёртвое состояние, сбросил оцепенение Виктор Кранц. Только избавился он от него не силой воли, не магией, а по одной простой и жуткой причине: он попросту умер. Последняя капля его и без того ущербной жизненной силы, так и не успевшей восстановиться после предыдущих ритуалов, была безжалостно выкачана через чёрные щупальца.
Сердце штурмбаннфюрера СС стукнуло последний раз и окончательно остановилось.
— Предатель! — только и успел прохрипеть Виктор до того, как его жизнь оборвалась.
Но Вайстор, ослеплённый собственным «величием» и безнаказанностью, совершенно забыл одну простую, но весьма фундаментальную вещь о природе своего ученика — Кранц был некромантом. И его дар, тот самый, что годами изнурял его организм изнутри, временами превращая в настоящий живой труп, сработал как «аварийный механизм», активировавшийся лишь после его «окончательной» смерти.
Тело Виктора судорожно дёрнулось, но не рухнуло на землю, как должно было случиться с обычным трупом.






