ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мои родители ушли в Дом Прощаний, воспользовавшись конституционным правом на смерть. Так они оплатили мне пай на жизнеобеспечение ещё на семь лет вперёд. Ну а я… я решил, что не хочу жить на этой планете. Даже под куполом. Хочу в космос, хочу стать пилотом. Только денег на обучение у меня нет, а значит, путь один — наняться на грузовоз «расчетным модулем». По сути, подключиться к компьютеру корабля «мозгами в бутылке», пока он идёт в гиперпространстве. У меня хороший нейрошунт «Креатив-гигабит», а показатели тестирования — почти девяносто восемь. Доктор и старпом отговаривали меня, говорили, что за пять лет такой работы мозги спекутся, лобные доли заснут, и я уже никогда не захочу ничего другого. И что лишь два процента модулей уходят после контракта. Но я же собираюсь их обмануть. Я приду, отработаю рейс, а потом свалю на первой же приличной планете. Или нет?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поселенцам сейчас очень тяжело. У них и уровень радиации поднялся, и песок проползает в любую щель, потому что он тонкий, как пыль. Дисперсный. – Тики-Тики! Я повернул голову, хоть и знал, кто это. Только Дайка называет меня Тики-Тики. С первого класса. Вначале это была дразнилка, а сейчас, по-моему, уже нет. – Ты на что смотришь? – На корабль, – соврал я. Корабль в небе и впрямь был. Наверное, рудовоз со второго порта. Он пер через бурю, пока еще на плазменниках, и за ним стлался оранжевый шлейф с протуберанцами вторичных разрядов. Ничего красивого. Буря сама по себе гораздо интереснее. – Красивый корабль, – изрекла Дайка. И вытянулась рядом со мной, так что пришлось подвинуться. На ней был новый купальник, полный, как у взрослой. Фу-ты ну-ты. – Я бы хотела быть пилотом. – Ага, – сказал я. – Замороженной ледышкой ты бы была. Дайка какое-то время помолчала, а потом сказала: – А какая разница? Ты тоже пилотом не станешь. – Захочу – стану, – ответил я. Дайка мне мешала, она слишком настырно возилась рядом и никак не хотела понять, что мне сейчас никто не нужен. Совсем никто. – Знаешь, сколько стоит выучиться на пилота? – Много. – Ты никогда столько не заработаешь. – Повезет – заработаю, – не выдержал я. – А вот ты точно никак не сможешь стать пилотом. У тебя нет игрек-хромосомы. Тебя в гипере можно только как груз возить. Замороженную, со льдинками на глазах. Дайка вскочила и молча ушла. Зря я с ней так, конечно. Она больше мальчишек о космосе мечтает. Вот только у нее и впрямь нет игрек-хромосомы, а значит, когда космический корабль войдет в гиперпространство, она умрет. Если не будет лежать в анабиозе, конечно. Со льдинками на глазах… Зачем я про эти льдинки ляпнул? Нет там никаких льдинок, нас же учили… Всю воду из тела удаляют, точнее, связывают с глицерином и каким-то полимером… – Дайка! – крикнул я, привстав на локтях. – Дайка! Но она шла не оборачиваясь. Тогда я снова растянулся на каменной плите и посмотрел на исчезающий след корабля. Гиперпространственный канал, через который корабли летают между звездами, у нас близко. Через час корабль в него нырнет и повезет руду на промышленную планету. А потом, может быть, к другим, интересным мирам. Конечно, никогда мне столько не заработать, чтобы выучиться на пилота. Если я и смогу полететь в космос – то только частью компьютера. «Мозгами в бутылке», как это презрительно называют. Только ведь все равно так тоже летают. И иногда потом зарабатывают достаточно, чтобы стать настоящим пилотом. Я повернулся и бросил подвернувшимся камешком в плечо Глеба, который загорал неподалеку. Он меня и приволок на речку, потому что считает осенний загар самым здоровым и правильным. Глеб поднял голову с полотенца и вопросительно посмотрел на меня.