ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. Телохранитель Элли Джелли Она — супруга большого начальника из аппарата. Он — её охранник. Один неверный жест — и привычный порядок трещит по швам. Чувства против служебного долга, желание против репутации, тайны, что не выносят света, слишком близкие стены, страсть, способная испепелить всё вокруг, включая их самих. ==================== Глава 1 Глава 1 Полина Когда я была маленькой, как и каждая девочка, я мечтала стать настоящей принцессой и очутиться в сказке, где мне встретится прекрасный принц. Он защитит меня от чудовища, сразится с драконом и непременно меня спасёт. В финале сказки он подарит мне свою руку и сердце, а я, в самом пышном и красивом белом платье и длинной, струящейся фате, пойду под венец на фоне алого заката и изысканной цветочной композиции. Если мечтать правильно — мечты сбываются. Моя — сбылась. Правда, будучи ребенком, в своем воображении я рисовала что-то европейское: итальянское или французское, и грезила выйти замуж в пригороде Парижа или в живописной Казерте, недалеко от Неаполя, позируя фотографу на фоне фонтанов. Но не будем придираться. Шато де Талю, что находится в самом южном российском терруаре, в Геленджике, вполне похож на Версаль. Замок и правда пост

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Иду не очень быстро, чтобы не палиться, но каждый шаг ощущается как горячие угли. Дикой паники на пляже пока не слышно.

— А мы куда идём? — говорит недоверчиво и продолжает смотреть на меня так, что я чувствую себя самой последней мразью.

— За мороженым!

— А почему мы никому не сказали? — Вера хлопает ресницами.

— Что значит, не сказали? Я сказал! Клара ответила: «Хорошо, идите».

— А я не слышала…

— Ворон считала…

Ускоряюсь, мне нужно обойти плотную застройку туристической зоны и выйти к пустырю и деревьям, где я оставил машину. Дальше — тропой, а не центральной дорогой, потом — выезд на серпантин. Чем ближе к цели, тем реще мой шаг, а Вера нервничает уже не на шутку. В голове звучит истеричное: «Вера! Вера!», но это только в голове, мы ушли достаточно далеко, чтобы услышать крики.

Открываю заднюю дверь, опускаю её на сиденье, молниеносно перемещаясь на переднее, водительское. Завожу двигатель, плавно, сконцентрированно сдаю назад.

— Андрей… — тихо зовёт Вера и наши взгляды снова встречаются в зеркале заднего вида. Она такая маленькая и напуганная, что сердце болит уже физически, — Куда мы едем?

— За мороженным, — сглатывая говорю я, — Тут обычное, а я знаю, где продаётся вкусное. Я же местный, могу показать тебе очень классные места.

Она ничего не говорит, только сидит не шевелясь, на самом краю сиденья, сжимая пальцами сидушку, и похоже, как и я, не дышит. А глаза всё такие же взволнованные и испуганные. Мне кажется, мои не менее испуганны.

Я решаюсь заговорить с ней только на серпантине, понимая, что на этом участке точно не будет постов, и если сейчас не случится ядерный взрыв, я точно вывезу её на шоссе.

— Я хочу с тобой поговорить, Вера, — чувствую, как дрожит мой голос, — Не бойся меня, я не сделаю тебе ничего плохого, мы же друзья…

Заметил, что после фразы «не бойся» начинают бояться в два раза сильней. Вот и сейчас, к её глазам подступают слёзы.

— Нет, нет, нет, — я качаю головой, — Ч-ч-ч! Не надо! Это же я! Сейчас я тебе всё объясню, просто мне сложно решиться. Не знаю, как тебе сказать: откровенно или немного приукрасить?

— Я сейчас в обморок упаду, — испугано тянет Вера, — Говори уже хоть как!

Я беру себе пару секунд, чтобы собраться, больше не смотрю на неё в зеркало — только на дорогу перед собой.

— Я люблю твою маму… — делаю глубокий вдох, — А мама любит меня… Так уж получилось... Не знаю, замечала ли ты, но мы сразу друг другу понравились и теперь мы вместе. И мы будем вместе жить...

— Ну нифига себе! — вскрикивает Вера, вмиг забыв о том, что только что очень меня боялась.

— И у нас огромные проблемы, — продолжаю я, — Твоего папу мама больше не любит и хотела сбежать из дома, но только вместе с тобой. Но твой отец тебя не отпустит.