Это нормальная практика, так принято, можно сказать воинский долг, чтобы не достаться врагу. Дело чести.
— Оставь мне одну пулю, — бормочу трясущимся голосом, — Выйди, если ссышь. Вряд ли я смогу уложить всех одной пулей…
Мокрые губы прижимаются к моему уху, горестный всхлип проходит током сквозь всё тело. Моё дыхание тяжелое, сиплое, её — дрожащее. Она гладит меня: нежно и бережно, как и обещала. А я только сейчас понимаю, что когда это случится с ней — она будет одна. Но мы не знали, кто будет первым.
— Две… — коротко говорит Пуля.
Фокус уже плывёт, но в вижу, как она тянет свою руку в сторону мордоворотов, но навстречу к ней никто не двигается. Цепляюсь в её пальцы, я не чувствую их, но понимаю, что держу. Опускаю вниз её протянутую руку. Возможно, если бы я изо всех сил продрал горло, извергая из себя боль, а не зажимался, сдерживаясь, чувствительность была бы лучше. Стискиваю в кулаке её ладонь. Теперь ощущаю.
— Не надо, — бурчу, почти не шевеля губами, — Он не станет… Вера никогда его не простит…
— Не хочу без тебя… — шепчет тихо.
— Пуля… я сказал: нет, — хриплю я.
Чувствую, как тяжелеет моё плечо, Пуля укладывает на него свою голову, сжимает руку крепче, будто знает, что я выпадаю из реальности, я упираюсь в неё подбородком, медленно моргая.
— Мне не страшно… — еле слышно произносит она, поразительно спокойно, — Я хочу быть с тобой…
В нашей истории любви очень часто что-то решала всего одна секунда. На очередную секунду я прикрыл глаза, но открыть так и не успел.
Воздух разрезал фатальный звук четвертой сломанной ветки черёмухи.
----------
Глава 36
Глава 36
Полина
Когда я была маленькой, как и каждая девочка, я мечтала стать настоящей принцессой и очутиться в сказке, где мне встретится прекрасный принц.
Он защитит меня от чудовища, сразится с драконом и непременно меня спасёт. В финале сказки он подарит мне свою руку и сердце, а я, в самом пышном и красивом белом платье и длинной, струящейся фате, пойду под венец на фоне алого заката и изысканной цветочной композиции.
Если мечтать правильно — мечты сбываются. Моя почти сбылась, но возможно, всё это мне просто приснилось.
Сон рвётся хлёстко, со звуком, словно кто-то ударил ножом по плотному листу бумаги. Шорох лестницы и раскачиваемых перил, заставляет сердце дрогнуть. С губ срывается обреченное шипение, вместе с разочарованным выдохом.
Напился. Еле ползёт. Пытается удержать тело на ногах, но шатается из стороны в сторону, задевая то деревянное ограждение, то картины в стеклянных рамах, висящие на стене. Приглушенный звон стекла, упавшего на ступени, сопровождается моим раздраженным, злобным взглядом в ночную пустоту.
Дверь в спальню распахивается с громким хлопком, и комната тут же вязнет в мерзком запахе алкоголя.






