ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Елена Волкова Ведьма «Что такое невезет и как с ним бороться?» Риторический вопрос Кому повезет, у того и петух снесет. Народная мудрость Человек без Богов ничтожен… Посейдон Боги не сделают за человека то, что человек должен сделать сам. Афина Тридцатилетие приближалось неотвратимо, как пропасть навстречу машине с сорванными тормозами. Утверждение Бальзака, что жизнь женщины начинается с тридцати лет, утешало слабо, а уж надежд не вызывало и вовсе никаких — какое там начало, о чем Вы, сударь?.. Наконец кошмар ожидания кончился — тридцатилетие наступило, и страшным быть перестало — машина свалилась в эту пропасть, и теперь хотелось только, чтобы падение длилось подольше… Таким вот автомобилем, падающим в пропасть, и чувствовала себя Маргарита: пока еще лечу и цел, но скоро-скоро упаду и разобьюсь к чертовой матери в мелкие осколки. Она хотела не отмечать день рождения и не приглашать никого, словно и нет никакого дня рождения, но домашние все равно устроили небольшое застолье, купили торт… Потом полегчало: ну и ладно, подумаешь… Пошумим еще напоследок. Пошуметь не получалось. Утверждение великого Бальзака о возрасте, с которого начинается жизнь женщины, вызывало раздражение. В такие моменты в зеркале появлялась толстоватая тетка с угрюмым агрессивным взглядом и делала заявления в том духе, что ничего этот Бальзак не понимал ни в жизни вообще, ни в женщинах в частности… Маргарита искренне считала себя неудачницей. Когда впервые сказала себе: «Ты — неудачница», сделалось так больно и страшно, что чуть не заплакала, и пошла на балкон курить. Время шло, но она не привыкала к этой мысли. Называла себя дурой, неумехой, растяпой — от этих слов больно и страшно не было. А от

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пошла на звук и вышла на трассу. «Ну вот, — сказала она себе. — Надо развернуться на сто восемьдесят градусов и пойти обратно. Дачный поселок — точно напротив шоссе». Так она и сделала. Через пару минут она вышла на широкую тропу — ту самую, которую потеряла, и тут же увидела идущую ей навстречу тетю:

— Что это ты, собралась в Минск?

— Почему?..

— Это же минское шоссе. Автобус проходит… — она посмотрела на часы. — Не скоро еще, да и остановка далеко, но он подбирает пассажиров, если места есть…

На следующий день занимались приведением в порядок участка перед зимой и болтали о всякой ерунде. Маргарита не хотела говорить ни о чем серьезном, тем более о своих личных неудачах, хотя видела, что тетя Нелли задета ее нежеланием поделиться печалями и даже, наверное, ревнует. «Если будет настаивать или хотя бы намекать, тогда поговорю с ней «об этом». А так… Да она ведь никогда ни на чем не настаивает, просто молча и надолго обижается…»

Но после обеда Нелли Алексеевна спохватилась:

— Ой, забыла! Мне же надо в Совете ветеранов разослать им объявления о собрании! И там еще надо сходить к одному старичку, я ему обещала… Ой, как они мне надоели, эти ветераны!.. Ты не побоишься ночевать здесь одна? Или пойдем вместе, а завтра вернемся? Я, если сейчас пойду, то до темноты не управлюсь. А по темноте идти через луг… Да просто темно, не видно ничего. И пасмурно, если бы луна была…

— Знаете, мне совершенно все равно. Если хотите — пойду с вами. Если не обидитесь — останусь здесь… Здесь спокойно?

Тетушка горячо уверила ее, что ну совершенно спокойно, очень безопасное место, никогда здесь ничего не случается, и даже зимой из закрытых дач ничего не пропадает, бояться нечего.

Вот так и получилось, что Маргарита осталась одна. Если бы она не осталась одна, то ничего не случилось бы.

Она посидела с полчаса в тишине и одиночестве, но растрепанные нервы требовали действия — любого, хоть пробежки трусцой. Сон последнее время тоже был некудышний — засыпала, не помня себя от усталости, через пару часов просыпалась — и начиналось «дежурство»: или хождение из угла в угол с имитацией полезной домашней деятельности, или курение на балконе — это дома. Но у родственников не было балкона, а шататься ночью по квартире, пугая работающих и нуждающихся в отдыхе людей… Оставалось лежание с открытыми глазами и самоковыряние — до изнеможения. Даже читать получалось плохо. Поэтому Маргарита решила поставить эксперимент — устать настолько, чтобы заснуть наконец глубоким и крепким сном и проспать до утра. Поэтому она сначала доубирала, как смогла, огород, потом надела ветровку, рассовала по карманам сигареты, зажигалку, карамельки, носовой платок, мелочь — непонятно, на что, да мало ли, пригодится — и пошла гулять.