Слишком много сил, слишком много подсознательного гипноза, направленного на беспрекословное подчинение хозяину вложено в этих людей. А хозяин у них был один. И это тоже было вбито в подсознание.
— Приказ ясен? — Лаер скользнул взглядом по старшей Тени.
Иксилонец невозмутимо кивнул.
Приказ прост — не допустить Мирея к Видэлле, заставить смотреть, но не допустить.
Если правитель увидит "пришествие Избавителя", Лаису будет намного проще строить новое будущее на пепелище, которое оставил Лаер. Хранитель обеспечит Лаису непогрешимость и всеобщее поклонение, безупречное и безопасное будущее.
Вопрос будет ли у него свое. Стимул есть, а будущего нет. Лаер мотнул головой и кивнув Теням перенесся в резиденцию.
Столько всего достичь и рухнуть в пропасть. Ирте прав. Он тысячу раз прав. Лаер должен жить. Но. Есть большое "НО".
У Лаиса больше прав. И он умер из-за Хранителя. Долги надо возвращать.
В каминной зале резиденции, прямо на деревянном полу Лаер подновлял зеркальное отражение круга Сетаролла, что был начертан на каменном выступе перед спуском в долину. В доме осталось четыре Тени. Среди них осунувшийся, беспокойный Ювелир. Кому-то нужно будет открыть ворота города и впустить тварей, когда Лаер освободит силу Истока.
Ирте сидел в резном кресле, неотрывно наблюдая за мертвенно-бледным лицом Лаера, прижимающего к себе Уну и наблюдающего как остальные члены Ордена медленно исчезают во вспыхивающем телепортационном круге.
— Ты точно все решил? И относительно ее? — негромко по-мийски осведомился Ирте, задумчиво осматривая четырех Теней, недвижно застывших подле окна.
— Разумеется. — У Лаера был легкий акцент на мийском. Он подобно всем иксилонцам всегда слишком вытягивал гласные.
Уна обеспокоенно подняла голову. При ней говорили на другом языке, не трудно догадаться, кто является предметом разговора. Лаер успокоил ее поцелуем. Коснулся пальцами виска, аккуратно пуская по ее опечатанному ореолу крохотный импульс, заставивший ее безболезненно лишиться сознания. Подхватил на руки обмякшее тело и бережно передал Рийскому.
Ирте был отстранен и мрачен. Он ни разу не взглянул в лицо Хранителя, даже когда круг Сетаролла полыхнул, перенося последних людей, сдерживающих Хранителя на границу безопасности.
Лаер глубоко вздохнул, и присев подле круга, обратил палец в стальную иглу и нарушил целостность одного из ведущих элементов вязи.
Краткое мгновение отрезвляющей боли сжавшей сердце в замораживающие тиски. Итак, пути назад больше нет.
— Ну что ж, господа, — Лаер холодно улыбнулся и медленно поднялся, встречая внимательные взгляды Теней, в готовности обернувшихся к Хранителю, — пора творить новую историю.
Город был пуст. Пока.
Лаер в сопровождении бывших наставников неслышно шагал по ночным улицам.






