ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он молод, умен, красив и почти всесилен. Но вот именно это "почти" и не дает ему покоя. Он горячо жаждет абсолюта, единоличной, единовременной власти. И готов на все. Заплатить любую цену. Ему так каж... Игнатова Юлия Хранитель "… во времена, когда по земле человеческой ходили дети Хаосом порожденные, чада кровожадной и жестокой Фесы, Хаос тот создавшей, люд мирской не знал ни света, ни тепла. Ибо не было солнца, и мир напоенный страхом, объятый ужасом от деяний безнаказанных Хаоса непобедимого, замер в тени извечной, стуже нечеловеческой. Создания тьмы влекомые человеческой кровью и плотью нападали на люд честной, осушали их тела, разрывали их сердца. Люд селился в единстве друг с другом, дабы давать детям Фесы отпор. Скоро кровавая забава наскучила Фесе, и решила она создать себе мужа. Надежного, дабы не вздумал он Хаос отнять. Сильного, дабы смог вместе с ней разделять кровавые забавы. Умного дабы не заскучать. И взяла она горсть земли, шепот ветра и капли нескончаемого ливня, обвязала власом человеческим и бросила в костер…" Слово о Начале времени, и конце Хаоса. Слово об Избавителе Алдоре, и матери тьмы Фесе. *примечание. В тексте в качестве единицы измерения расстояния неоднократно употребляется "скачок" равный среднему скачку лошади = 4,5 метра. Мальчишке было не более шести лет. Всего шесть. И уже такая сила. Пальцы начинали неметь и чуть покалывать. Лаер раздраженно отдернул руки, и мальчишка до того словно парящий на невидимых крыльях в локте над землей, мешком рухнул на неровный дощатый пол. Глаза закатились и худенькое тельце сотрясала мелкая дрожь. Откуда-то из-за угла печи всхлипнула его мать, удерживаемая мертвой хваткой свекрови. Лаер тяжело вздохнул и слепо зашарил рукой в пространстве в поисках хоть какой-нибудь опоры. Мужчина, отец мальчишки, с готовностью подставил плечо, мужественно сдержав стон боли от бесцеремонно сильного захвата руки. — Пить,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Первым, вторым, пятьдесят пятым… На кону твоя жизнь, безумец! — Голос Ирте набирал холодной твердости, готовой перейти в звериный рык.

— На кону жизнь моего брата. — Лаер поднял ледяной взгляд на Рийского.

— Лаиса ты не видел, и знать не хотел восемь лет. И тут неожиданно пробудились глубокие родственные чувства!

Ирте едва увернулся от магического хлыста разбившего кресло в мелкую деревянную щепу с обгорающими лоскутками обивки.

— Не смей. Даже произносить его имя не смей. — Змеиное шипение пробивалось сквозь плотно сомкнутые зубы.

— Ладно, не бушуй, истеричка. Перегнул палку, признаю. — Ирте просительно поднял руки.

У Лаера появилось какое-то неприятное засасывающее чувство под ложечкой. Он уткнулся в волосы Уны и буркнул:

— Пакуй штанишки, Рийский. Отправляетесь через полтора часа.

— Я никуда не еду! — тут же подскочила Уна, больно ударив Хранителя в нос.

— Да-да. Я учел. Ты остаешься со мной. — Усаживая Уну на место, и украдкой проверяя нос, правдиво солгал Хранитель, взглядом все сообщив Ирте.

Через час Лаер проверял начертанный Салфитский круг.

Виделла располагалась прямо под серповидно-расположенной горной грядой, отгораживающей ее надежным каменным пологом от сильных ветров и ураганов с севера, запада и юга. С запада Виделла свободно выходила к спокойному морю. Абсолютно недоступная для завоеваний — слишком узкий проход среди гор, слишком большая выгода атаки с суши. Это был самый надежный город на земле.

Виделла не принадлежала ни одному из государств, она принадлежала магии. Полностью. Содержала самый элитный магический скит, сочетая в своем образе лучшие элементы культур, архитектуры, искусства из древнего наследия Иксилоны, Везильвии и Мии. Это невероятное совмещение выверенной красоты навсегда покоряло того, кто впервые вступил на землю Видэллы, которая сумела похитить и сердце Лаера. Но годами вращавшись с изнаночной стороны этого лоска и шика, скрывающего смердящие оковы интриг, политических игр на мировой арене, живя среди кукловодов, держащих за узду послушных марионеток, приближенных к престолам, Лаер давно охладел к совершенной Видэлле, чье безобразное лико было скрыто под яркой, расшитой вуалью.

И сейчас, стоя на промозглом ветру, так и норовящем стряхнуть Хранителя с каменного выступа в пяти скачках от дороги в ущелье и сотне скачков от раскинувшейся в долине Видэллы, Лаер смотрел на темный обруч нечисти плотно осевшей подле высоких каменных стен города.

Круг Сетаролла, начертанный тут же, на обледеневшем выступе, полыхнул темно-синим медленно собирая воедино силуэты семи Теней, и трех Вестников.

Лаер оглядел свое маленькое непобедимое войско застывшее ровной шеренгой в пронизывающих лучах алого заката и гадал, выполнят ли они приказ подчиняться Лаису.