Там Омчев почувствовал себя как рыба в воде. Нашел свое место, не начальственное, но хлебное. Слышать его по телефону Андрею никогда не доводилось. Вообще до этого утра он думал, что Омчев о нем и не знает. Не поздоровался ни разу, когда Андрей приходил по делам в офис федерации.
– Здравствуй, Андрюша, это Омчев. Кажется, могу поздравить. Желаю удачи.
«Кажется» не считается, – Андрей верил в приметы и не хотел обманываться. Когда официально объявят, тогда можно считать, что все в порядке, а пока это все слухи. Хотя звонок футбольного функционера грел душу. Вода в джезве закипала, пора было пить кофе и переходить к утренней тренировке, но зазвенел телефон.
– Алло, это Славик, привет.
Слава был простым клерком в федерации. Когда-то они играли вместе. Славик стал чиновником совсем недавно и вроде оставался хорошим человеком.
– Слышь, Андрюха, похоже, тебя можно поздравить.
– Слав, рано. Не говори «гоп».
– Да я сам бумаги носил. Без бумаг же ничего там не идет.
– Перестань. Всякое бывает. Ведь было же?
– Бывало... Но все равно – поздравляю.
– Спасибо, спасибо.
Андрей отхлебнул кофе. Он настроился насладиться вкусом и ароматом, но тут раздался новый звонок.
– Это я, – послышался в трубке жесткий голос тренера.
– Да, Георгий Валентинович, – поперхнулся кофе Андрей.
– Еще не на тренировке?
– Так рано еще.
– Я про индивидуальную. Физзарядку, так сказать.
– Разминаюсь, – соврал Андрей.
– Ну хорошо, – неожиданно мягко сказал тренер. – Говорят, тебе повезло. Покидаешь нас на время. Не посрами, так сказать. Играешь ты, а говорят про меня.
– Да мне пока ничего не говорили.
– Скажут, скоро скажут. Ты у меня такой не первый и не последний. Ну, бывай.
Когда Андрей пил по-черному, на Преображенке в пивной к нему как-то раз пристал один бомж. Он читал стихи. Андрей не считал себя специалистом в поэзии, но стихи взяли за душу. В них было такое пожелание любимой девушке:
И пусть холодная чашка кофе
Никогда не коснется твоих губ.
Получалось, что холодный кофе пьют только несчастные люди. Сегодня утром Андрей понял, что хоть стихи и хорошие, но это вранье. Отхлебнув из чашки остывший кофе, он сел на велотренажер. Он испытал подъем духа и сил, легко выполнил обычную норму и перешел к повышенным нагрузкам, но снова зазвонил телефон.
– Приемная главного тренера сборной, – верещал в трубке голос секретарши. – Андрей Томилов? Соединяю с главным тренером.
Андрей молча слушал тишину в трубке. Наконец там что-то зашелестело, и раздался голос:
– Андрей?
– Да, это я.
– Ты зачислен в сборную. Будем с тобой работать. Надеюсь, не возражаешь?
– Нет, что вы. Не возражаю.
– Это я так, для порядка, мало ли. Положено спросить. Придешь в федерацию, спросишь, какие бумажки поднести, там и контракт дадут подписать, медосмотр надо опять пройти.






