ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он направился к Реджи, но Бедерман вышел из машины и первым дошел до парнишки. Тим остановился в нескольких шагах от них.

— Можно я провожу тебя в твою комнату? — спросил Бедерман.

Реджи выдохнул весь воздух из легких и кивнул, как маленький ребенок.

Они вместе прошли по коридору. Когда Реджи проскочил мимо двери собственной комнаты, Бедерман похлопал его по плечу.

Реджи повернул ключ в замке и толкнул дверь.

Часто моргая, Бедерман с интересом обвел взглядом впечатляющий бардак, царящий внутри.

— Так, так, — он щелкнул языком. — Тебе нравится жить здесь?

— Да. Я просто в восторге.

Они стояли бок о бок, разглядывая комнату так, словно это было болото, в которое они собирались залезть. Тим молча наблюдал за ними с некоторого расстояния, стараясь не мешать.

Реджи попинал пол носком ботинка:

— Это то же самое, как и все остальное. Так страшно. — Они стояли, не переступая порога комнаты, глядя внутрь. — Я больше не могу этого делать. Я не могу туда зайти.

— Может быть, пятнадцать минут… — сказал Бедерман, — может быть, пятнадцать минут в день на уборку — это не так уж и страшно?

Реджи пожевал нижнюю губу, обдумывая его слова.

Бедерман ждал.

Наконец Реджи сказал:

— Может быть, и нет.

Положив руку Реджи на спину, Бедерман шагнул в кавардак вместе с ним.

37

Ли оставила очередное сообщение для ТД и ушла в комнату Джинни. Тим какое-то время мерил шагами задний дворик, а потом присел на столик для пикника.

Он нажал на кнопку на сотовом телефоне и еще раз прослушал сообщение голосовой почты, которое получил сегодня утром: «Я еще раз подумал об этом столе, Тимми. Думаю, твоя мать была бы довольна, что он у тебя. Приезжай завтра вечером. Я буду ждать допоздна».

Тим сохранил сообщение и засунул телефон в карман. Глядя на разбросанные у забора пальмовые листья, он вдруг подумал, что в последнее время стал хуже следить за домом. До прошлого года он проявлял ту же педантичность в плане уборки, что и его отец, и хотя его и сейчас никто не обвинил бы в неряшливости, время от времени он все же оставлял грязную посуду на ночь. Может быть, все дело было в том, что он осознал: притворяться, что он сохраняет контроль над ситуацией после того, что произошло с его дочерью, бессмысленно, а может быть, просто устал.

Что принесет с собой понедельник? Неужели ему опять придется охранять никому не нужный склад за презренный металл? Империя ТД в это время преспокойно продолжит свое процветание, а Ли снова станет шестеренкой в нехитром механизме?

Тим услышал, как за его спиной хлопнула дверь и зашуршали листья под ногами у Дрей. Ботинки застучали о скамейку, о крышку стола для пикника. И вот она скользнула ему за спину, свесив ноги, обняв его руками в теплых перчатках. Через секунду Дрей прижалась подбородком к его плечу.