ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сбоку на ней были выгравированы буквы: ЛХ. Тим еще не видел Уилла курящим. И глядя на его спортивные костюмы, сок из водорослей и тренажерные залы, был уверен, что тот не курит вообще.

— В каком возрасте женщины перестают убегать от проблем к маме?

Тим, которому были одинаково чужды и сериальный юмор, и затертые до дыр тезисы, распространенные в среде играющих в гольф толстосумов, смог лишь сочувственно пожать плечами.

— Она измучена, что на нормальном языке означает, что ее все достало. Уехала в Лонг-Бич на выходные. По мне так лучше пусть острые щепки под ногти загоняют, чем туда переться, но Эмма считает это место раем на Земле. Я послал Руча и няню приглядывать за ней и ребенком. — Уилл вытянул губы. — Даг решил несколько дней отдохнуть.

На стене за спиной Уилла был единственный знак из его личного Зала славы — наградная тарелка с надписью «Комната спящего — $367 923 000» в домашнем прокате. Все остальное место было посвящено его фотографиям с Ли. Вот они на пикнике в Голливуде, вот на улице с Шакилом О'Ниллом, а вот едут в лимузине, и Уилл выставляет напоказ свою очередную награду как орден или знак аристократической принадлежности.

— Тогда телефон звонил чаще. — Уилл показал на дорогой телефонный аппарат на столе. — Эта тишина для продюсера все равно что похоронный колокол. Раньше стать директором студии мог только опытный человек солидного возраста. Сейчас там сидят молодые сосунки, которые говорят тебе взять на главную роль в фильме какого-нибудь рэпера или пригласить режиссером припадочного урода с MTV. — В неярком освещении морщинки, собравшиеся в уголках глаз Уилла, были заметнее обычного. — Раньше я с этим справлялся, но они хитро изменили правила игры. Теперь мальчишки в дорогих костюмах говорят мне, что я для них — источник вдохновения. Я получаю награды за вклад и достижения. Все это кажется…

посмертным.

— Он долго смотрел на безмолвный телефон. — Все наши герои не зря умирают молодыми. Чем старше мы становимся, тем сильнее осознаем, как мало узнали за свою жизнь.

Тим, все еще стоя, засунул руки в карманы куртки:

— А она хорошо вас отбрила тогда. Ли.

Уилл мрачно кивнул:

— Да, у меня в жизни бывали и более удачные встречи. — Он повернулся к стеклянным дверям, глядя, как желтые листья падают в отливающую бирюзой воду бассейна. — Отец Ли был подрядчиком. Простым парнем. Он умирал медленно и мучительно. Когда я встретил Эмму, она очень нуждалась в том, чтобы о ней кто-нибудь позаботился. Она родила Ли рано и пропустила ту часть жизни, когда принято веселиться на всю катушку. И она была просто в восторге от этого нового мира, всего этого. — Он широким жестом обвел комнату со всеми ее атрибутами голливудской роскоши. — Она хотела этой новой жизни, а я хотел подарить ей эту жизнь… Это затягивает.