— И перестань называть меня деткой — мне уже не шестнадцать лет, а тридцать восемь! Я не хочу, чтобы ты задавал вопросы или вмешивался в мои дела — пусть даже для моего блага, ясно?
Натан Бишоп нахмурился.
— Ясно, — нехотя откликнулся он.
— Вот и хорошо! — Энди обернулась к девочкам: — Вы идете со мной? Пора готовить обед.
Разумеется, отец не сдержал обещание. Перед сном, выйдя из спальни за стаканом воды, Энди выглянула в окно на кухне и увидела, что отец и Джим сидят на веранде в окружении противомоскитных свечей. Отец Энди посасывал сигару, Джим потягивал бренди из стакана. На первый взгляд оба казались спокойными, почти расслабленными, но, судя по напряженным позам, разговор шел серьезный.
Первым побуждением Энди было выбежать из дома, схватить отца за ухо, увести его в комнату и хорошенько отчитать. Именно так поступили бы мама и Натали. Но Энди обладала более мягким характером. Она задумалась: в ответ на ее возмущение отец может заявить, что ничего наобещал ей. И кроме того, Джим, как он как-то выразился, уже взрослый мальчик. Он вполне способен справиться с ситуацией самостоятельно. Если Джим выдержит бой с ее отцом, значит, на него можно положиться. Энди выпила воды, поставила стакан на сушилку и вернулась в спальню.
— Он и в самом деле твой приятель, мама? — спросила Эмили, когда они улеглись в постель. — Ты не пошутила?
— Нет, не пошутила, — отозвалась Энди и поцеловала дочь в макушку. — Надеюсь, ты не против?
— Пожалуй, нет, — после минутного раздумья ответила девочка. — Он хороший. Мне он нравится, да и Крису тоже — он сказал это, пока мы мыли посуду. Крис говорит, что Джим разговаривает с ним как со взрослым — о строительстве и о том, что на следующий год Крис сможет поработать, если ты разрешишь, потому что многие мальчики начинают подрабатывать на стройке с шестнадцати лет. Крис спросил, откуда у него шрамы.
Энди затаила дыхание. Она еще не успела расспросить Джима о шрамах, но любопытством не уступала своим детям.
— Джим объяснил, что упал с крыши и перенес операцию, чтобы вновь научиться ходить. Он сказал, что его бедро почти полностью состоит из пластика и металлических штырей, а не из настоящих костей. Иногда даже детекторы металла в аэропорту срабатывают, когда он проходит мимо. — Эмили надолго замолчала, о чем-то задумавшись. — Мама… вы с мистером Николоси… — Эмили заерзала в постели, явно стесняясь откровенного разговора с матерью, — целуетесь и все такое?
Энди было смутилась, но вовремя вспомнила правило — всегда быть откровенной с детьми.
— Да, мы целуемся… и так далее.
— И ты хочешь выйти за него замуж?
— Он еще не сделал мне предложение, — уклонилась от прямого ответа Энди.
— А если он сделает его? — настаивала Эмили.






