ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меньше всего Андреа Вагнер думала о любви. У нее были совсем другие заботы — надо зарабатывать деньги, чтобы содержать троих детей, подыскивать выгодные заказы, ведь она бригадир строителей. Да тут ещ... Опасная любовь Кэндес Скулер Глава первая Надписи на стене появились вновь. Безобразные красные мазки запятнали свежую белую штукатурку и атласную поверхность ореховой панели под ней. С прошлого раза минула почти неделя, и Энди уже начинала надеяться, что их озлобленный автор отказался от намерения отомстить ей. Но этот любитель граффити, видно, лишь взял краткий тайм-аут, прежде чем снова перейти в наступление. Плоды его нынешних трудов выходили за рамки ребяческих оскорблений и сомнений в ее сексуальной ориентации — теперь они содержали уже явные угрозы. Надпись на стене предостерегала: «Берегись, сука!», и на миг Энди обуял страх. Она настороженно огляделась, гадая, не притаился ли неизвестный вандал в пустых комнатах за ее спиной или в просторном верхнем холле, выжидая случай непосредственно выплеснуть ненависть. В старом ветхом особняке Энди оказалась совсем одна: даже самые дисциплинированные члены ее бригады явятся на работу лишь через десять-пятнадцать минут. Этого времени с избытком хватит тому, кто решил проучить ее, указать, какое место в этом мире отведено женщине. Благодаря решительному усилию воли и здравому смыслу, которыми Энди так гордилась, ей на какое-то время удалось отогнать пугающие мысли. Подонкам, которые портят стены грязными ругательствами, редко хватает духу на большее. Это тактика труса, рассчитанная на то, чтобы вселить страх. Но Андреа Вагнер больше не позволит унижать и запугивать ее. Никому и никогда! Подобное случалось с ней далеко не в первый раз — и, к сожалению, наверняка не в последний. Ее коллег-строителей вовсе не радовали успехи женщины в столь «мужской», как они считали, профессии. Они даже не скрывали своего недовольства. За д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты согласишься?

Согласится ли она? Еще неделю назад Энди решительно сказала бы «нет», не испытывая никаких сожалений. Еще вчера она поступила бы точно так же. Но теперь… она ни в чем не была уверена. Неделю назад она клялась, что у нее больше никогда не будет любовников, а сегодня называет Джима Николоси приятелем.

— Нет, — наконец ответила она, — вряд ли, — и не удержалась от ответного вопроса: — А если бы я согласилась?

— Я была бы так рада! Он хороший, а ты всегда улыбаешься, когда смотришь на него. — Эмили придвинулась ближе к матери, наслаждаясь покоем ее объятий. — Поэтому я буду рада, если ты согласишься выйти за него замуж.

Энди сняла шлем, повесила его на руль «харлея», сцепила пальцы и потянулась, ожидая, когда Джим заправит мотоцикл. Воскресный день заканчивался, Джим и Энди возвращались в Миннеаполис.

— Что сказал тебе отец?

— Когда? — спросил Джим, не сводя глаз со счетчика.

— Вчера вечером, на веранде. — Она взлохматила свои примятые шлемом волосы. — Похоже, у вас состоялся крупный разговор.

— А, вот ты о чем! — Джим пожал плечами. — Он расспрашивал, что мне известно о вандализме в особняке. — Услышав удивленный возглас Энди, он продолжил: — Что же тут странного? В конце концов, я был там и все видел, — торопливо добавил он, заметив внезапную вспышку гнева в глазах Энди. — Ему требовались сведения из первых рук.

— Так я и знала! Ему потребовался свидетель. Моего отчета, видите ли, оказалось недостаточно! — Энди раздирали раздражение и желание рассмеяться. — А я думала, он выпытывает у тебя нечто совсем другое.

— Что, например?

Энди смутилась.

— Твои намерения насчет меня. Я сказала, что мы спим вместе.

— Что?!

— Что мы спим вместе, — повторила Энди и расхохоталась, увидев ошарашенное лицо Джима. — Об этом он знал и без меня — от Коффи, просто ждал подтверждения.

— Коффи рассказал ему о нас?

Энди кивнула.

— Пока папа служил в полиции, они с Коффи были неразлучны. Именно поэтому мне так не хотелось сообщать о случившемся в полицию. Я знала, что вести все равно дойдут до отца. — Она покачала головой. — Впрочем, он воспринял их на редкость спокойно. — Ее отец лишь задал несколько вопросов, высказал несколько предположений и сменил тему, что было ему несвойственно. Теперь-то Энди понимала, в чем дело: он решил поговорить с Джимом по-мужски и выведать все, о чем умолчала дочь. — А я-то думала, он наконец понял, что я вполне могу позаботиться о себе.

— Он твой отец, — возразил Джим, засовывая кредитную карточку в карман джинсов. — Он всегда будет считать тебя ребенком, так что смирись с этим.

— Неужели прошло всего два дня? — простонал Джим, хватая ее в объятия, как только они переступили порог дома. Пинком закрыв дверь, он вытащил футболку Энди из-под пояса ее джинсов, чтобы добраться до груди.