ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В глухих закамских лесах на территории Пермского края археологическая экспедиция обнаруживает захоронение немыслимой древности. Из потревоженного могильника внезапно встает неведомое существо — неп... Привратник Александр Дмитриевич Прозоров Пролог В этот торжественный момент на берегу Акчима они собрались полной экспедицией. Все семь человек: в джинсах, заправленных в кирзовые сапоги, в ветровках, в шляпах с широкими полями — сразу и не отличить, кто мужчина, а кто женщина. А куда денешься? Кругом густые непроходимые леса. Захочешь пофорсить — комары вмиг отобьют такое желание. И никакие аэрозоли не помогут. Впрочем, даже под густой, облепленной насекомыми, москитной сеткой яркие зеленые глаза легко выдавали младшего научного сотрудника Дамиру Иманову, что впервые в своей жизни оказалась в роли руководителя археологической экспедиции. Пусть и под присмотром доцента Сергея Салохина, вызвавшегося принять участие в уникальном исследовании. Пятидесятилетий ученый пыхтел, обливаясь потом от жары, и все норовил прислониться к ближайшему дереву, передохнуть, отдышаться. Однако это мало помогало: помимо аккумуляторного фонаря его плечо оттягивала тяжелая двустволка. — Вы бы хоть ружье в лагере оставили, Сергей Олегович, — посочувствовала женщина. — Ну уж нет, Дамира, — отрицательно покачал он головой. — Я свое на деревьях отсидел, знаю что к чему. Тут же чащоба непролазная, до ближайшей деревни тридцать верст. Здешние медведи человека, может, в жизни не видели. Так и ходят непуганые — ни крика, ни ружья не боятся. Коли проголодаются, только картечью и остановишь. Насчет девственной непролазной чащи доцент был прав: подходы к могильнику участникам экспедиции пришлось расчищать целых две недели, не столько копаясь в земле, сколько подрубая и растаскивая деревья, выдирая корни, выпалывая въедливый колючий кустарник. Самого же грунта здесь оказалось совсем немного: с полметра пл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Снайпер видел их на том валуне! — указал офицер. — Возьмите след, найдите преступников. Надеюсь, хоть на собак этот проклятый гипноз не действует.

Работа ищейки длилась недолго. От валуна она спустилась вниз к реке и там завиляла хвостом. Проводник вернул ее к месту начала поисков, она снова покрутилась, потрусила в другую сторону — и опять спустилась к реке, только уже выше по течению.

— Может, я его подстрелил, и он упал в воду? — предположил снайпер.

— А где кровь? Где женщина? — Капитан раздраженно отвернулся, достал рацию: — Ольянта! Похоже, они пытаются уйти по реке. Выставь посты у перекрестка с нижней дорогой и выше по течению в пяти милях. Следите за склонами. И пройдите от постов двумя группами навстречу друг другу, внимательно просматривая берега. Река тут быстрая. Достаточно оступиться, сразу унесет. Если что-то покажется подозрительным, стреляйте издалека! Потом проверяйте. Хватит мне уже чудес с этими гипнотизерами.

— Слушаюсь, господин капитан!

— Сержант! — подозвал полицейского офицер. — Соберите всех своих людей и тщательно прочешите этот склон! С собаками! Они были тут всего полтора часа назад. Не могли же они провалиться сквозь землю! А ты, боец, — повернулся он к снайперу, — возвращайся на позицию. И ищи! Смотри в оба! Если не найдем до темноты — будете все до одного сидеть тут ночью и искать русских через инфракрасные приборы. Я заказал десять комплектов — к сумеркам доставят на вертолете. Чем быстрее обнаружите цель, тем раньше пойдете отдыхать. Все, по местам! За работу!

Глава четырнадцатая

Она просыпалась мучительно долго, с трудом осознавая, как ее выносят на руках и укладывают на жесткую землю. От реки веяло прохладой, солнечные блики, пробиваясь через колышущуюся листву, резко били по глазам, какие-то птицы расселись неподалеку на ветках и оживленно чирикали, словно обсуждая ее состояние. А оно было совершенно похмельным.

Болезненно морщась, Дамира приподнялась на локте, посмотрела на Шеньшуна, задумчиво перебирающего пули, что наконец-то вышли из его тела.

— Интересно, откуда я это знаю? — пробормотала она.

— О чем?

— О пулях. Что они из тебя вышли, пока мы были… Пока спали…

— Ты видела, как они падали. Просто тогда еще не совсем проснулась.

— Господи, моя голова… Сколько же мы дрыхли?

— Не знаю. Дерево должно было нас исторгнуть, когда перестанут летать воздушные шелестелки. Когда перестанут бегать смертные и ездить их машины. Когда наступит привычная тишина.

— И долго это длилось? День? Два? Неделя? — Она чуть помолчала и сделала еще предположение: — Сто лет?

— Не знаю. Может, несколько дней. Может, несколько столетий, — пожал плечами нуар. — Главное, чтобы смертные про нас забыли.

— Это не могло длиться долго.