ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Чертовка», — пожалуй, самое радикальное во всей обширной библиографии Томпсона художественное высказывание, история любовной одержимости, экранизированная французским режиссером Аленом Корно... Чертовка Джим Томпсон 1 Я уже вышел из машины и спешил к дверям, когда увидел ее. Она выглядывала из-за штор — вспышка молнии на миг озарила темное стекло, и получился ни дать ни взять портрет в рамке. И этот портрет никак нельзя было назвать красивым; она так же мало походила на сногсшибательную красотку, как я — на красавца. Но что-то меня зацепило. Тут я запнулся о трещину в асфальте и едва не растянулся. Когда я поднял взгляд, она уже исчезла и даже шторы не колыхались. Я прихрамывая поднялся по ступенькам, поставил чемодан с образцами и позвонил в дверь. Потом отступил и стал ждать, заготовив широкую улыбку и обводя взглядом двор. Этот большой старый дом располагался где-то в полумиле от университетского кампуса и был единственным зданием в квартале. Судя по виду и местоположению дома, наверное, когда-то он был фермой. Я снова нажал на кнопку звонка. И, не отпуская пальца, прислушался к затухающему в доме трезвону. Тогда я отвел защитную сетку и принялся колотить в дверь. А что поделать, если работаешь на «Рай низких цен». Привыкаешь, что при твоем появлении люди прячутся. Дверь распахнулась, когда я еще продолжал по ней колотить. Едва взглянув на даму, возникшую на пороге, я быстро отпрянул. Это оказалась не та молодая крошка, что с загнанным видом выглядывала сквозь шторы. Нет, это была старая баба, с клювом как у ястреба и близко посаженными злобными глазками. Ей было лет семьдесят — не думаю, что можно стать такой уродиной раньше чем в семьдесят, — но выглядела она весьма здоровой и крепкой. Она держала в руках тяжелую палку и вроде как была готова кого-нибудь ею шандарахнуть. Да что кого-нибудь — меня. — Извините за беспокойство, — быстро сказал я. — Позвольте

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но… все ли в порядке? М-мы… ты по-прежнему собираешься это сделать?

— А разве я этого не говорил?

— В понедельник? Н-не позднее понедельника, Долли! Я до смерти боюсь, что она…

— Но ведь я тебе сказал, верно? Хочешь, чтобы я дал обещание в письменном виде?

Я переехал через железнодорожные пути, свернул на грунтовку и заглушил мотор. Там не было ни уличного освещения, ни машин. Я обнял Мону и прижал ее к себе.

Я поцеловал и приласкал ее. За этим последовало нечто столь бурное и чудесное, что… черт, даже не знаю, как это описать. Наверное, такое может пригрезиться наркоману в его видениях.

Понимаете, я ведь тоже кое-что повидал. Я же не из тех деревенщин, что готовы лопнуть от возбуждения при виде витрины с нижним бельем. Я имел дело и с девками за двадцать долларов, и с очаровательными крошками, которым просто хотелось развлечься. Но такого, как с Моной, у меня не было никогда.

И вот все кончилось, по крайней мере для меня. Но похоже, она не придала этому значения. Я сказал: «Детка…» — а потом: «О боже, милая…» — и наконец: «Да что это, черт возьми, такое?»

Я оттолкнул ее и вернулся на свое сиденье. В ту же минуту, как пишут в книжках, чары рассеялись.

— П-прости. — Пристыженная, она прикусила губу и старалась не смотреть на меня. — П-просто я тебя так люблю, что… что…

Ну скажите, как вам такая малышка? Может, я просто не так все понял. Может, старуха торговала ею, чтобы добро не уходило даром…

Эта мысль быстро промелькнула у меня в мозгу, но тут же исчезла. Даже расположиться как следует не успела, потому что я уже вышвырнул ее за порог и захлопнул дверь. Ведь даже самому чертову дураку было ясно: эта детка — настоящая куколка, такая милая и невинная, о какой только можно мечтать. И само собой, после всего, что я для нее делал (точнее, после всего, что, как ей

казалось,

я для нее делал), она хотела доставить мне особое удовольствие.

Я хотел, чтобы это было так, потому что так и должно быть. После всех этих шлюх, с которыми я путался, пора уже было встретить ту самую, единственную — любящую, благодарную и признательную.

Я сказал Моне, что она великолепна и что вообще все великолепно. Я просто не хотел ее сегодня задерживать, ведь она уже и так опаздывала.

— Слушай, а как насчет пистолета твоей тетки? — поинтересовался я, заводя машину. — Где она его держит?

— Наверху. У себя в комнате… Долли…

— Она держит ключ от комнаты у себя? Отлично. Давай-ка приведи себя в порядок, и я отвезу тебя обратно к торговому центру.

— Долли… — Мона принялась отряхивать и приглаживать свою одежду. — Что… как ты собираешься это сделать, Долли? То есть мне нужно знать, если…

— Нет, — возразил я. — Ничего тебе не нужно знать. Если ты что-то узнаешь, то, не ровен час, еще проговоришься, а поэтому лучше выкинь из головы.