Рейвэн продолжает уклоняться, вращаться и наносить удары, со стороны может показаться, что она танцует. Журналист исчез — наверное, убежал.
Регулятор еще не пришел в сознание. Я опускаюсь рядом с ним на одно колено, быстро стягиваю с него ремень, потом хватаю ключи и со всех ног бегу обратно к столу. Правая ладонь у меня в крови, но боли я не чувствую. Я только со второй попытки вставляю ключ в замок, а когда у меня наконец получается избавить Джулиана от наручников, он протягивает ко мне руки и прижимает к себе.
— Ты пришла,— говорит он.
— Я не могла не прийти.
Рядом с нами появляется Рейвэн.
— Уходим,— говорит она.
Всего минута, может, и меньше, и Томас Файнмэн мертв, в зале процедур царит хаос, а мы на свободе.
Мы вбегаем в приемную, у нас за спиной слышен звон разбитого стекла, лязг металла и крики. Регуляторы выбили дверь. Потом мы ныряем в коридор, где воет сирена, а с лестницы уже доносится топот бегущих ног.
Рейвэн дергает головой вправо, на дверь с табличкой «Выход на крышу. Только для эвакуации». Мы двигаемся быстро и молча. Выходим на пожарную лестницу, спускаемся по металлическим ступенькам на один пролет и оказываемся на земле. Рейвэн сразу снимает халат, срывает с лица хирургическую маску и зажимает все это под мышкой. Я мельком припоминаю грузную медсестру за стойкой на входе в центр, то, как ее бюст чуть не вырывал с корнем пуговицы, и понимаю, откуда у Рейвэн этот халат.
— Сюда,— коротко бросает Рейвэн.
Когда она поворачивает голову, я вижу небольшие порезы у нее на щеке и на шее. Наверное, это от осколков стекла.
Мы оказываемся в маленьком дворике с плетеной мебелью. Дворик огорожен невысоким забором из металлической сетки. Рейвэн легко перемахивает через забор. Мне это сделать немного сложнее, и Джулиан подталкивает меня сзади. Рука у меня пульсирует, металлическая сетка становится скользкой.
Дождь к этому времени усиливается. По другую сторону забора еще один дворик, почти точная копия первого, и еще одно здание тускло-коричневого цвета. Рейвэн врывается в дверь, которую кто-то подпер кирпичом, чтобы не захлопнулась. Мы проходим по темному коридору, снова кругом запертые двери с табличками. На секунду мне кажется, что мы снова оказались в лабораториях, и я начинаю паниковать. Но потом мы выходим в просторный и тоже темный вестибюль. Вестибюль украшают горшки с искусственными растениями, на стенах висят разные таблички, указывающие путь к «Эдварду By, эсквайру» и в «Ассоциацию провидцев метрополии». Сквозь вращающиеся стеклянные двери можно разглядеть размытые силуэты людей под зонтами, они идут куда-то, торопятся, толкают друг друга.






