— Рейвэн осекается,— В любом случае он может знать что-нибудь о твоей маме. Хотя бы о том времени, которое она провела в тюрьме.
— Хорошо,— говорю я.
Разочарование придавливает меня, как каменная плита, притупляет все эмоции. Я не собираюсь рассказывать Рейвэн о том, что маму весь срок держали в одиночке. И вообще я не стремлюсь узнать, какой она была в тюрьме. Я хочу знать, какая она сейчас.
— Мне жаль,— повторяет Рейвэн, и я вижу, что она говорит это искренне.— Но зато теперь ты знаешь, что она на свободе. Она на свободе и в безопасности,— Рейвэн сдержанно улыбается,— Как и ты.
— Да.
Рейвэн права. Каменная плита разочарования дает трещину. На свободе и в безопасности. Я, Джулиан, Рейвэн, Тэк и мама. С нами все будет хорошо.
— Пойду посмотрю, не нужна ли Тэку помощь,— говорит Рейвэн привычным деловым тоном.— Вечером уходим.
Я согласно киваю. Несмотря на все, что случилось, мне было приятно переговорить с Рейвэн, увидеть ее такой... готовой к дальнему переходу. Так все и должно быть. Рейвэн заходит на склад. Я какое-то время стою с закрытыми глазами, вдыхаю холодный воздух, запахи сырой земли и древесной коры, запахи дождя и обновления. С нами все будет хорошо. Когда-нибудь наступит день, и я снова найду свою маму.
— Лина? — тихо окликает меня Джулиан.
Я оборачиваюсь. Он стоит возле фургона, словно боится сделать первый шаг в новый для себя мир.
— Ты в порядке?
Он здесь, вокруг густой темный лес, в небе ветер разгоняет облака... Радость снова переполняет меня. Я срываюсь с места, подбегаю к нему и бросаюсь в его объятия. Джулиан еле удерживается на ногах.
— Да,— говорю я,— в порядке. Мы в порядке,— Я смеюсь,— Теперь все будет хорошо.
— Ты спасла меня,— шепчет Джулиан.
Я чувствую, как его губы прикасаются к моему лбу, и тепло разливается по всему моему телу.
— Я не мог поверить... я не думал, что ты придешь.
— Я не могла не прийти.
Я отстраняюсь немного и смотрю ему в глаза. Мои руки лежат у него на поясе, его руки у меня на бедрах. Я уже много времени провела в Дикой местности, но все равно мне кажется чудом, что можно стоять с кем-то вот так. Никто не скажет нам, что это запрещено, никто не может остановить нас. Мы выбрали друг друга, и весь мир может идти к черту.
Джулиан поднимает руку и убирает прядь волос с моих глаз.
— Что теперь с нами будет? — спрашивает он.
— Все, что захочешь,— отвечаю я.
Я готова взлететь к небу от счастья.
— Все? — Улыбка освещает его лицо.
— Да, все.
Мы с Джулианом тянемся друг к другу. Сначала он неловко тыкается носом в мои губы, потом мой подбородок ударяется о его подбородок. Но Джулиан улыбается, мы не торопимся, мы ищем общий ритм. Я легко прикасаюсь губами к его губам, провожу языком по его языку. Он вплетает пальцы в мои волосы. Я вдыхаю запах его кожи, она пахнет свежестью, лесом, мылом и хвоей.






