ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Время словно застыло в старинном имении Монжуа, и Мэри Клэр кажется, что, вернувшись, она снова превратилась в девочку, которая жила здесь когда-то. Но нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Счастье... Искушение Патриция Хорст 1 Напрасно Мэри пыталась убедить себя, что забыла Патрика: очень скоро она поняла, что это не так. Воспоминания о нем стали еще более яркими по прошествии времени. Мог ли Роберт ни о чем не догадываться? И не это ли в конечном итоге привело его в постель другой женщины? — Я развожусь с тобой, Мэри, — объявил он одним дождливым воскресным утром, спокойно глядя на нее поверх тарелки с яичницей. — Я ее знаю? — спросила Мэри так вежливо, будто они обсуждали, кого пригласить третьим на вечерний бридж. Практически они всякий раз играли вчетвером: Патрик всегда незримо присутствовал рядом с ней, хотя его имя никогда не слетало с губ Мэри… — Нет, ты ее не знаешь. — Роберт пододвинул ей свою чашку, чтобы она налила ему еще кофе. — Может быть, это и к лучшему. Меньше неудобств. Мэри потрясло не столько то, что их брак подошел к концу, сколько то, что она восприняла эту новость с полным хладнокровием. Она положила сливки и две ложки сахара в кофе своего супруга и самым спокойным голосом — каким могла бы спросить у него, например: «Хочешь еще один круассан, дорогой?» — поинтересовалась: — И как скоро тебе потребуется развод? — С этим не горит, но слишком долго ждать я тоже не намерен. Она не была в Монжуа одиннадцать лет — с тех пор как потеряла ребенка. Нельзя сказать, чтобы это место скучало без нее: уж во всяком случае, не так, как она без него. Да и возраст Монжуа, казалось, ничуть не изменился — не то что Мэри Клэр… Здесь все осталось прежним. Монжуа и сегодня вставал из утренней дымки таким же расплывчатым и прекрасным, каким был всегда, вызывая в памяти не только блаженные воспоминания детства, но и острые сожаления о неразделенной любви и утраченн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я преодолел много барьеров за последнюю неделю, — продолжал между тем Патрик, — и все-таки до сих пор не знаю ответов на многие вопросы. Но одну вещь я уяснил для себя. Я бежал долгие годы неизвестно куда, потому что был слишком большим идиотом, чтобы понять: все, что мне нужно, все, чего я на самом деле хочу, было здесь, в тебе! Теперь этот бег закончен. В ноябре мне исполнится тридцать семь, Мэри, а я только сейчас открыл для себя, что такое любовь. Это когда любишь женщину не потому, что она нужна тебе, а наоборот: она нужна тебе потому, что ты ее любишь! И я люблю тебя именно так.

При этих словах глаза Мэри наполнились слезами благодарности, но Патрик ее не понял.

— Неужели я говорю это слишком поздно?! — быстро спросил он.

Она опять покачала головой и позволила слезам скатиться по щекам двумя сверкающими ручейками. Потом взяла его руку и прижала к своему сердцу, бешено колотившемуся от радости. Ее глаза кричали Патрику, что единственный путь в жизни, который теперь существовал для нее, был его путь.

И на этот раз он ее понял.

Они были женаты уже почти пять месяцев, когда незадолго до Рождества состоялось торжественное открытие нового медицинского исследовательского центра при центральной больнице Нью-Виллиджа. Патрик был назначен главой этого учреждения и уже успел заработать превосходную репутацию. Население города, казалось, считало созданную им вакцину самым значительным явлением в медицине после изобретения пенициллина.

Интересно, что они все сказали бы, узнав, что их знаменитый доктор напрочь проглядел те изменения, которые произошли в его собственной жене…

И ведь нельзя сказать, что он стал относиться к Мэри как к некой привычной собственности, отдавая все свое внимание работе. Наоборот! Им обоим казалось, что с каждым прожитым месяцем их страсть усиливается. Просто Патрик так заботился о том, чтобы перенесенная болезнь не наложила отпечатка на ее здоровье, что ему и в голову не приходило беспокоиться о чем-то еще.

Вот и теперь, вернувшись из последней перед Рождеством поездки в Лос-Анджелес за покупками, Мэри заранее предвидела его реакцию.

— Ты слишком перегружаешь себя, — проворчал Патрик, глядя на нее через стол в их столовой в Монжуа. — Не успели мы отпраздновать свадьбу, ты тут же начала приводить в порядок этот дом. А хлопоты о том, чтобы поселить Шанталь и Терезу под одной крышей с Дороти в Вуд-Роуде? Да еще найти им экономку, которая взяла бы на себя значительную часть забот по хозяйству…

— Ерунда! — Мэри всю так и распирало от ее тайны, но она только отбросила салфетку и пошла на кухню, чтобы вынуть из духовки запеченного с эстрагоном цыпленка.