ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Время словно застыло в старинном имении Монжуа, и Мэри Клэр кажется, что, вернувшись, она снова превратилась в девочку, которая жила здесь когда-то. Но нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Счастье... Искушение Патриция Хорст 1 Напрасно Мэри пыталась убедить себя, что забыла Патрика: очень скоро она поняла, что это не так. Воспоминания о нем стали еще более яркими по прошествии времени. Мог ли Роберт ни о чем не догадываться? И не это ли в конечном итоге привело его в постель другой женщины? — Я развожусь с тобой, Мэри, — объявил он одним дождливым воскресным утром, спокойно глядя на нее поверх тарелки с яичницей. — Я ее знаю? — спросила Мэри так вежливо, будто они обсуждали, кого пригласить третьим на вечерний бридж. Практически они всякий раз играли вчетвером: Патрик всегда незримо присутствовал рядом с ней, хотя его имя никогда не слетало с губ Мэри… — Нет, ты ее не знаешь. — Роберт пододвинул ей свою чашку, чтобы она налила ему еще кофе. — Может быть, это и к лучшему. Меньше неудобств. Мэри потрясло не столько то, что их брак подошел к концу, сколько то, что она восприняла эту новость с полным хладнокровием. Она положила сливки и две ложки сахара в кофе своего супруга и самым спокойным голосом — каким могла бы спросить у него, например: «Хочешь еще один круассан, дорогой?» — поинтересовалась: — И как скоро тебе потребуется развод? — С этим не горит, но слишком долго ждать я тоже не намерен. Она не была в Монжуа одиннадцать лет — с тех пор как потеряла ребенка. Нельзя сказать, чтобы это место скучало без нее: уж во всяком случае, не так, как она без него. Да и возраст Монжуа, казалось, ничуть не изменился — не то что Мэри Клэр… Здесь все осталось прежним. Монжуа и сегодня вставал из утренней дымки таким же расплывчатым и прекрасным, каким был всегда, вызывая в памяти не только блаженные воспоминания детства, но и острые сожаления о неразделенной любви и утраченн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты же знаешь, я просто расцветаю, когда сталкиваюсь с трудностями! Вспомни, как я на аркане затащила тебя к алтарю, хотя мне и пришлось потратить на это двенадцать лучших лет мой жизни.

Когда она проходила мимо его стула, Патрик протянул свою длинную руку и поймал ее за талию.

— Странно, — прошептал он, прижимая ее к себе все крепче. — Мне почему-то казалось что это было мое предложение.

— Только потому, что я позволяла тебе так думать, — ответила Мэри, вся тая от его прикосновений. — И если до тебя до сих пор не дошло, какой мудрой и хитрой я могу быть, когда обстоятельства требуют этого, то тебе придется еще многому научиться.

— Вот и научи меня, — промурлыкал он, усаживая ее к себе на колени.

— Здесь?

Патрик провел губами по ее шее.

— А почему бы и нет? Где мы только не занимались с тобой любовью! На кухне, в ванной, на полу в гостиной, в кладовке дворецкого…

— Ты забыл веранду, — пробормотала Мэри, чувствуя, как в ней поднимается волна желания.

— Действительно! — воскликнул Патрик, оторвав губы от ее груди и давясь от смеха.

Это случилось ровно за неделю до их свадьбы, когда неожиданно в Монжуа явилась Минна Стар. Минна так и не смогла простить Мэри того, что та увела у нее Патрика из-под самого носа. Но любые надежды на то, что при виде ее он решит, что сделал неправильный выбор, моментально испарились, когда Минна увидела, как Патрик на веранде дома отпрянул от Мэри и ледяным голосом произнес:

— Когда в следующий раз надумаете явиться с визитом, Минна, предварительно позвоните, хорошо?

С тех пор она их больше ни разу не потревожила, явно обратив свою энергию на кого-то другого. Последний раз они встретили ее под руку с самым преуспевающим торговцем недвижимостью в городе.

Зато Дэвид не оставлял их своим вниманием. Только неделю назад они получили от него открытку с рождественскими поздравлениями, в которой он мельком упоминал, что в его жизни появилась новая любовь.

— Патрик, — вздохнула Мэри, сознавая, что теперь должна вести себя как респектабельная замужняя женщина. — Нам с тобой надо…

— Да, — хрипло отозвался Патрик. — Нам правда надо, любовь моя! Прямо сейчас, прямо здесь…

Мэри собиралась рассказать ему обо всем завтра вечером, накануне Рождества, после ужина, когда она удобно устроится у него на коленях на диване в гостиной, а в камине будет весело плясать огонь и воздух будет напоен ароматом кедра и ели. Но, кажется, откладывать было нельзя.

— Патрик, — прошептала она, чувствуя, что краснеет. — У нас будет ребенок!

Сказать, что он был потрясен, значило бы выразиться слишком мягко.

— У нас будет… кто? — переспросил он, уставившись на нее широко открытыми глазами.