ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миссия агента Пита Хоффманна смертельно опасна. Он проник в высшие криминальные структуры, чтобы перехватить наркотрафик в одной из самых охраняемых шведских тюрем. По заданию полиции. По заданию м... Три секунды Андерс Рослунд Часть первая Воскресенье До полуночи — один час. Стояла поздняя весна, но было темнее, чем он ожидал. Далеко внизу плескалась вода, почти черная пленка уплывала куда-то в совсем уж бескрайнюю черноту. Он не любил корабли или же моря не понимал. Всегда мерз, когда ветер дул, как сейчас; постройки Свиноуйсьце медленно исчезали вдали. Он, как всегда, стоял, вцепившись в поручни, и ждал, пока дома, которые уже перестали быть домами и превратились в кубики, не растают вдали. Тьма вокруг него все сгущалась. Ему двадцать девять лет, и ему страшно. Он слышал, как за спиной у него ходят люди, тоже плывущие на этом корабле. Ночью они ненадолго уснут — и проснутся уже в другой стране. Он наклонился вперед и закрыл глаза. Каждая новая поездка казалась отвратительней предыдущей, он ощущал опасность всем телом: руки дрожали, лоб был мокрым от пота, щеки горели даже под пронзительным ледяным ветром. Через двое суток. Через двое суток он снова будет стоять на борту парома, но уже направляясь обратно, и забудет, как клялся себе: «Больше никогда!» Он выпустил поручни и открыл дверь. Холод сменился теплом, и дверь впустила его на длинную лестницу, где люди — сплошь незнакомые лица — двигались к своим каютам. Он не хотел спать, не мог. Не сейчас. Народу в баре было немного. «Вавель» — один из самых больших паромов, курсирующих между Северной Польшей и Южной Швецией, но крошечные столики и стульчики в его баре — с четырьмя хлипкими рейками вместо спинки — не располагают к тому, чтобы засиживаться. Пот лил ручьем. Руки двигали туда-сюда по столу бутерброд и пивной бокал. Он смотрел перед собой, пытаясь не выдать, как ему страшно. Два раза хлебнуть пива, полкусочка с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Женщина мучилась уже долго, она еще не привыкла — на это ей понадобится несколько поездок. Хоффманн прошел на кухню. Ежи с Мариушем стояли у раковины, оба в желтых резиновых перчатках, и вылавливали кусочки коричневой резины, которые молодая женщина извергала вместе с молоком и ошметками какой-то еды в два ведра, стоящие перед ней на полу. Она была последним, пятнадцатым «верблюдом». Первого опорожнили на Вестманнагатан, прочих — здесь. Хоффманн нервничал. Эта квартира — его прикрытие, его фасад, и ему не нужны здесь ни наркотики, ни поляки. Но пришлось спешить. Все полетело к чертям. Человеку прострелили висок. Пит рассматривал Мариуша; этот бритоголовый в дорогом костюме всего два часа назад совершил убийство, но на его лице ничего не отражалось — словно он бесчувственный, словно он всего лишь профессионал. Хоффманн не боялся ни его, ни Ежи, но уважал этих беспредельщиков — случись ему возбудить у них подозрения, пуля вполне могла бы угодить в его собственную голову.

Злость прогнала разочарование, прежде прогнавшее отвращение, и Пит не мог усидеть на месте, поскольку все это происходило внутри него.

Он был там и не смог помешать.

Помешать означало бы погибнуть самому.

Поэтому вместо него погиб другой.

Молодая женщина на кухне вроде управилась. Пит не знал ее, видел в первый раз. Ему достаточно было того, что она — Ирина из Гданьска, что ей двадцать два года, она студентка и что она сама не понимает, в какое опасное дело впуталась. Идеальный «верблюд». Именно таких они искали. Были, конечно, и другие — наркуши, тысячами наплывавшие с окраин больших городов, готовые предоставить свои тела в качестве контейнеров за меньшие суммы, чем получали «верблюды» вроде этой женщины, но организация научилась не пользоваться услугами наркоманов — наркоманам нельзя было доверять, они часто выблевывали груз задолго до прибытия в пункт назначения.

Злость, разочарование и отвращение, и еще чувства, еще мысли.

Операции не получилось.

Он не сумел проконтролировать доставку партии.

Результата нет.

Оба поляка в этот момент уже должны быть в Варшаве — собирать информацию об очередном партнере, устанавливать его личность.

Сделка не состоялась.

Они зря притащили сюда пятнадцать «верблюдов» — десять опытных, которых они уже использовали прежде и в каждом из которых было по двести капсул, и пятерых новых, по сто пятьдесят капсул в каждом, итого двадцать семь килограммов свежайшего амфетамина; если его разбавить для продажи на улице, то получится восемьдесят один килограмм, по сто пятьдесят крон за грамм.

Но без подстраховки не получилось ни операции, ни результата, ни сделки.

Лишь попытка продажи, которая вышла из-под контроля и закончилась убийством.

Пит коротко кивнул бледной молодой женщине по имени Ирина.