ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Советский Союз распался. Коммунизм мертв. Старую советскую систему страха и террора сменила анархия. В нынешней России мафия борется за власть и влияние, как некогда в Нью-Йорке, Чикаго, Италии. Пр... Петля Ник Гоуинг Глава 1 Три сотни пассажиров толкались, отпихивали друг друга, расшвыривали чемоданы и сумки, рылись в поисках своего багажа. Никто из экипажа и аэродромной обслуги не позаботился о том, чтобы разгрузить забитую дорожными вещами нижнюю палубу «Ил-86». Впрочем, так это было испокон веку. Так называемая перестройка, теперь уже окончательно рухнувшая, ничего не изменила. Полякова втянуло в бестолковые поиски. Он, как и прочие, локтями пробил дорогу к стеллажу, наметанным глазом увидел и цепко ухватил парусиновый портплед, выдавился по трапу в иссушающее пекло Центральной Азии. После ночного перелета его закачало. Свирепое солнце в безоблачном небе торчало прямо над головой. Жара обволокла и обессилила тело, приспособившееся к почти морозной погоде в Москве. Да и то сказать: летели пять часов, почти три тысячи километров, очутились совсем в другой зоне. Струйки пота побежали по спине, рубашка моментально взмокла. Он замедлил шаг по дороге к вокзалу. Спешить незачем: машина ждет наверняка. — Олег Иванович! Густой уверенный голос исходил из-под соломенной шляпы, сидевшей на голове подвижного человека среднего возраста с большим, словно пропитанным водкой носом. Встречающий вытер платком лоб и подчеркнуто приветливо протянул неприятно влажную руку. — Приветствую вас в Ташкенте, столице новой суверенной республики Узбекистан. Пройдемте со мной, пожалуйста. Неизвестный расплылся в широкой, похоже, искренней улыбке. Он испытывал явное удовольствие, громко произнося название новой, теперь независимой страны с двадцатимиллионным населением, которая только что возродилась после распада советской империи. Поляков повел себя так, как от него ожидали, хотя и с плохо скр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И вообще, мои помощники знают, что делать, их здесь достаточно, как видите.

Раджабов возвысил голос, чтобы привлечь внимание худых, непрерывно дымивших сигаретами узбеков, которые сидели в углу. Один, явно главный среди них, смиренно кивнул и улыбнулся, показав два ряда металлических зубов.

— А все эти «ЗИЛы» и «Волги», припаркованные на набережной, они здесь, потому что вот он, золотозубый Азимов, нанял на весь вечер транспорт у коммунистов пенсионеров, некогда важных персон, и в кремлевских гаражах. Шоферы сейчас за несколько долларов согласны на что угодно. Но самое смешное, товарищ Марченко, вы не поверите. Мой человек Азимов арендовал судно через совместное предприятие, которое контролируется «Братством». Так что можете считать — вы, Виктор Петрович, здесь не гость, а хозяин.

Марченко стиснул зубы и старался сохранять хладнокровие, не подавая виду, что оскорблен. Сотни оперативников в КГБ не предупредили его о тайной поездке Раджабова в Москву, впрочем, и собственная шпионская сеть «Братства» тоже. И наиболее надежные, находившиеся в хивинской банде, люди, чья информация всегда была точной и способствовала успешному проведению операций против Раджабова.

Марченко сидел одиноко в центре комнаты, как бы с глазу на глаз с Раджабовым, не считая, правда, узбекской шайки. Он чувствовал себя свидетелем собственной казни. Прочие все из салона исчезли, как испарились.

Поляков без помех поставил «Русский богатырь» у причала менее чем в пятидесяти метрах от трапа к «Максиму Горькому».

Неожиданно приглушенный ритм рок-музыки, смешанный с завыванием ветра, метущего снег по льду, сменился сердитыми голосами на одной стороне главной палубы, и десятки хорошо одетых людей, мужчин и женщин, спешно направились к трапу. Пожар на лайнере? Глаза Полякова высматривали признаки дыма или пламени, но не замечали ничего. А участники вечеринки продолжали вываливаться с корабля, толкаясь и крича, будто кто-то торопил их и подталкивал к выходу.

Маленький темнокожий человек появился на капитанском мостике и крикнул ближайшему шоферу, чтобы тот подъехал. Вскоре водитель вернулся на набережную и передал команду всем остальным, бездельничающим в машинах. Через минуту «ЗИЛы» и «Волги» так и отбыли пустыми, оставив продутый ветрами причал с усеявшими его растерянными участниками пирушки, трясущимися от холода и проклинающими тех, кто заманил их сюда, а затем внезапно оборвал «ночь больших забав».

Поляков пытался найти смысл во всей этой сцене. Незнакомые лица. Музыканты, скатывающиеся с корабля со своими инструментами и электронным оборудованием. Дружно укатившие машины… Вдруг он заметил второго темнокожего человека в мешковатом костюме, бежавшего по верхней палубе и что-то кричавшего на узбекском языке.