Но что больше всего привлекло внимание Полякова, так это тюбетейка на его голове.
Здесь явно чувствовалась рука Раджабова.
Поляков сжал зубы и спокойно ругнулся. Слез с мотоцикла, вынул ключ зажигания и направился к трапу. Прогудела в отдалении электричка, из-за деревьев доносился шум Ленинградского проспекта. Но в остальном все было спокойно. Однако в этом спокойствии затаилась тревога.
А рядом сверкал гирляндами ламп и окнами кают «Максим Горький». Поляков подошел к краю причала и двинулся в сторону кормы вдоль ярких голубых огней нижней палубы. На каждом шагу он внимательно прислушивался и присматривался ко всякому движению на борту. Сначала миновал метровые буквы названия корабля. Потом полдюжины иллюминаторов в каютах команды. Наконец, открытую нижнюю палубу с большими квадратными окнами салона.
Шторы оставались незадернутыми, так что Полякову было видно все в каждом окне. В танцевальном салоне стояли недопитые бутылки и недоеденные закуски. Дальше лестница. Затем еще салон, маленький, уютный, с мягкой мебелью и вазами с искусственными цветами, с акварелями, изображавшими подмосковные пейзажи.
Промелькнуло чье-то лицо. Бронзовое, морщинистое лицо чабана, пасущего овец и ловившего птиц в горах Центральной Азии. Полковник заглянул в третье и четвертое окна, и его подозрения подтвердились. В салоне сидел Марченко, бледный и потный. В кресле у дальней стены — высокий стройный Зорин. И Поляков уж никак не мог ошибиться при виде круглого лица, редких черных волос и превосходного, хотя и заляпанного жиром костюма крупного мужчины за столом. Лишь месяц назад Олег Иванович обедал с ним вместе в Ташкенте.
Увидев Раджабова, Поляков сделал глубокий вдох. Было ясно: главные события впереди. Но какие?
Глава 48
— Я прибыл за золотом, — сказал Раджабов. — За моим узбекским золотом.
Марченко посмотрел на часы. Время близилось к девяти.
— К настоящему времени золото, возможно, уже находится в вашей собственности. Мой отряд уже больше часа сражается с вашим возле дачи в Архангельском. — Марченко заметил мелькнувшую на лице Раджабова веселую улыбку.
Затем, вытерев с подбородка арбузный сок, Раджабов закашлялся от смеха.
— Я не подвергаю опасности ценное вооружение и своих боевиков, когда в этом нет крайней необходимости. Золото, которое ваша банда похитила с моей виллы в Хиве, давно не находится под вашей дачей. Или никогда не находилось? Так ведь, товарищ Марченко?
Слова Раджабова потрясли генерала. Но он не стал ни подтверждать, ни отрицать сказанное узбекским гангстером. Он поднял голову и ждал, что Раджабов сам объявит, где, по его мнению, хранится богатство. Но лох был хитер.






