И тогда в дело вмешались гренадеры Мюрата.
«Двери распахнулись, гренадеры с ружьями наперевес вторглись в зал; продолжая двигаться по залу беглым шагом, но в разных направлениях, они быстро очистили помещение. Неумолкаемый барабанный бой заглушал все, депутаты ударились в повальное бегство. Они бежали через двери, многие распахнули или разбили окна и выпрыгнули во двор. Вся сцена продолжалась от трех до пяти минут. Не велено было ни убивать депутатов, ни арестовывать.
Выбежавшие в двери и спасшиеся через окна члены Совета пятисот оказались среди войск, со всех сторон подходивших к дворцу. На секунду заглушивший барабаны громовой голос Мюрата, скомандовавшего своим гренадерам: «Foutez-moi tout се monde dehors!»
[3]
, звучал в их ушах не только в эти первые минуты, но не был забыт многими из них, как мы знаем из воспоминаний, всю их жизнь» (Е. В. Тарле).
Старейшины поспешили назначить временное правительство из трех консулов – Бонапарта, Роже-Дюко, Сийеса – и выбрали комиссию для выработки новой Конституции. Эти решения были поддержаны несколькими десятками членов Совета пятисот, собранными в ночь с 19 на 20 брюмера Люсьеном Бонапартом.
Переворот свершился. И это был не просто переход Франции из одних рук в другие, а момент превращения Наполеона Бонапарта в великого правителя!
Переворот 18 брюмера вознес Наполеона на вершину власти. Бонапарт быстро научился искусству политической игры: его стратегия и тактика менялись в зависимости от обстоятельств. «Я бываю то лисой, то львом. Весь секрет управления заключается в том, чтобы знать, когда следует быть тем или другим», – говорил он.
Первой задачей новой власти было юридическое закрепление ситуации. Для этого требовалась новая Конституция. Говорят, что разработчикам документа Наполеон сказал: «Пишите коротко и неясно». Конституция 22 фримера (13 декабря) VIII года вполне отвечала поставленной задаче: это был скорее даже не основной закон, а инструкция по распределению полномочий. За туманными фразами о функциях и правах первого консула, которым прямо назывался Наполеон Бонапарт, был скрыт (впрочем, не очень-то и тщательно) основной смысл – предоставление первому консулу почти ничем не ограниченных полномочий.
На десять лет. Первый консул назначал Сенат и всех высших гражданских и военных должностных лиц, ответственных только перед ним. Законодательную власть представляли Трибунат и Законодательный корпус, члены которых утверждались Сенатом из числа всенародно выбранных кандидатов. Создавался Государственный совет, также назначаемый первым консулом. Вводилась запутанная и местами нелепая система передачи законопроектов, сводившаяся к тому, что все законодательные органы не играли никакой роли в системе управления государством.






