ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

С 1452 года, с издания 42-строчной библии Гуттенберга, текст и книга составляли единое целое. Опубликовать текст означало напечатать книгу, чтение текста подразумевало чтение книги, а приобрести те... Читалка Поль Фурнель Этот текст написан по принципу секстины — поэтической формы, придуманной в XII веке трубадуром Арнаутом Даниэлем. В ней соблюдается определенное количество строф и чередование рифмованных слов в конце каждой строфы. В конце каждой главы согласно классическому спиральному принципу секстины повторяются одни и те же слова: в данном случае «читать», «крем», «издатель», «ошибка», «я» и «вечер». Строфы секстины имеют заданный объем. В каждой из них количество знаков постепенно уменьшается (тающий снежный ком): в первой строфе 7500 знаков с пробелами, во второй — 6500; и так далее до шестой, в которой 2500 знаков с пробелами. Общее количество знаков — 180 000, включая пробелы. Здание погружено в бумажный кокон тишины. Подобно снегу, книги поглощают звуки. У моего ремесла — свой собственный удушливый запах. В тишине я чувствую его особенно остро. Возвращение к шуму внешнего мира дается мне с трудом. Стучат в дверь? Кто бы это мог быть? Я не узнаю этот стук — легкий, чуть слышный, робкий. Стук тоненькой руки. — Войдите. Она вошла. Я ее раньше не видел. На мгновение меня охватила тоска по тем временам, когда издательство было таким маленьким, что по стуку каблуков в коридоре я узнавал каждую сотрудницу. У девушки приятное лицо. Судя по ее удивленному взгляду, мое собственное выглядит слегка помятым. Должно быть, на щеке отпечатались полосы от пиджачного рукава. — Я вам не помешала? — Как-нибудь переживу, мадемуазель. Вы кто? — Я? Я тут на практике. — В каком отделе? — Понятия не имею. Знаете, на практикантов чего только не наваливают. Приходится везде поспевать. — И вы хотите прибавки? — Да нет, я вообще работаю без зарплаты. Мне показалось, что она слегка рас

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вроде бы с тех пор положение немного улучшилось, но я все равно не читаю литературных разделов. Секретари приносят мне газетные вырезки со статьями о наших авторах, когда таковые появляются, их я читаю, а про остальных не желаю ничего знать. Надо будет просмотреть «Книжный еженедельник», и не только ради объявлений. Мне очень нравится рубрика «Издательские опционы», где публикуются скорбные списки книг, на которые издатели покупают эксклюзивные права. Я изучаю названия и развлекаюсь, пытаясь угадать, про что та или иная книга. Еще надо почитать, что специалисты пишут об электронных правах, не дающих Менье спать по ночам. Он предрекает, что из-за этого нововведения мы скоро останемся без штанов. Любит он себя запугивать.

В кабинет заглядывает Эмманюэль. Быстро заходит и прикрывает за собой дверь.

— Я пришла вам сказать, что давно я так не хохотала. На самом деле я перечитала корректуру и все ваши правки видела, но не стала их сразу убирать, чтобы остальные тоже посмеялись. А тут вдруг все это всплыло. Извините, что так получилось.

— У мадам Жинетт Перро с чувством юмора туго.

— Ну да, и еще Менье подлил масла в огонь…

— Думаешь, она действительно от нас уйдет?

— Да вы что? Она обожает скандалы. Наконец-то издатель обратил пристальное внимание на ее рукопись.

— Куда мне ее пригласить на обед?

— Ну, если навскидку, лучше всего в чайный салон… Знаете, вместо еды одна видимость, зато настоящий фарфор и льняные салфетки.

— Приятная перспектива… Двойное наказание. Ладно, найди мне какое-нибудь заведение в этом духе — я в них отродясь не бывал.

— Только не заказывайте к обеду чай

English Breakfast.

Ни в коем случае! Это будет непростительной ошибкой.

{26}

Вся компания разместилась на диване: Адель в середине, справа и слева от нее — Мом и Валентина, по краям, притиснутые в самый угол, — Грегор и Кевин. У двоих айфоны, у двоих читалки. Еще один гость, с которым я пока не знаком, — Бико, младший брат Кевина и тоже компьютерный гений, — болтается неприкаянным.

— Тебя в самом деле зовут Бико?

— Да ну прям! Это эти придурки меня так прозвали. Говорят, был такой парень в каком-то древнем комиксе,

[30]

а я типа на него похож. Лицом.

— Ну, если только лицом…

— Не, у меня еще бейсболка такая же.

— Я так понимаю, всем пива, а Валентине — красного вина?

— Только не мне, — говорит Бико. — Я еще маленький, я не пью. Мне кока-колы.

Они дружно включают свои гаджеты и пускаются в объяснения, тыча пальцами в экраны.

— Мы начали с чего попроще, но к чему народ успел привыкнуть. Это хорошо идет. Стишок дня, афоризм дня, пословица дня, гороскопы в стихах — их Гранго сочиняет, — ну и прочее развлекалово. Но главное — никакой халтуры. Только качественные тексты.

— А картинки?

— Да. Для начала фоновые, потом подключим анимацию.