Прыгали перед глазами зарисованные в блокноте схемы — заученные и теперь, кажется, перепутавшиеся, — у нее от напряжения ломило виски. Мо — сам, бледный, как тень, — поглядывал на нее с беспокойством.
— Держишься?
— Угу.
Она не стала говорить ему о том, что почти не спала этой ночью — терзали страхи, — а теперь дурное предчувствие усилилось, ей казалось, что вместе с поднявшимся ветром, который то и дело бросал ей в глаза собственные волосы, усилилось и ощущение надвигающейся беды.
Что-то пойдет не так…
«Ничего, — убеждала она себя, — ничего не пойдет не так». Произносила эти слова мысленно и ощущала их пустоту. В них не было энергии, не было поддержки.
— До точки примерно тридцать минут.
Они ехали уже столько же. Навигатор — не автомобильный, но какой-то сложный и навороченный, предназначенный, по-видимому, для походов и экстремального выживания, — покачивался на приборной панели; тонкая желтая стрелка указывала на точку, возле которой светились вбитые координаты. Часы показывали половину второго.
— Как раз к открытию будем.
Эти координаты он отыскивал по картам, начиная с восьми утра, — сверял бумажные и электронные карты, делал пометки в автомобильном атласе.
Узкая дорога не баловала указателями, лишь изредка мелькали вдоль обочин, словно зафиксировавшиеся отметки временных промежутков, низкие столбики с цифрами «7», «8», «9»… Километры?
— Как называется эта трасса? — Лане не хотелось говорить, но и не хотелось молчать. Она желала одного — чтобы все поскорее закончилось.
— Это дорога безымянная. Носит номер «1-21».
— Почему двадцать один?
— Если бы я знал.
Дорожных столбиков насчиталось больше, чем двадцать один. Как только машина миновала двадцать пятый, пикнул навигатор, и джип тут же затормозил; желтая стрелка долбилась о край экрана, указывая направо. Лана тоже взглянула вправо и не обрадовалась — им предстояло идти через лес. И совсем не такой, прогулка по которому ей бы понравилась — например, сосновый, — им придется продираться сквозь самые настоящие джунгли.
— Что, в кусты?
— Похоже на то.
Мо вышел из машины первым, хлопнул дверцей. Лана, чувствуя, как все более ватными делаются ноги, соскочила с подножки на землю.
— А в прошлый раз было здесь же?
— Нет.
— Но тоже в лесу?
— Тоже.
— Значит, у тебя есть опыт походов сквозь джунгли? — попыталась она пошутить, но Мо не улыбнулся — взглянул на нее серьезно и встревоженно.
— Слушай, — она нервно теребила пустую сумку, в которой лежал порядком замусоленный блокнот с зарисовками, — я никогда не спрашивала тебя, а какие камни ты вытаскивал до оникса?
— Это важно теперь?
— Просто интересно.
— Третьим был оникс, вторым аквамарин, первым рубин.
— Сорок четыре дня, тридцать четыре и тридцать два. Тебе везло.






