ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детектив — коллаж и вестерн-спагетти. «Угар, трэш, и провокация». Наказать педофила. Справедливость или закон. Сцепиться с адептами вуду. Защитить справедливость. Обнаружить, что у тебя нет врагов. Жи... Принуждение к добродетели Ночёвка в сарае, стоявшем посреди равнины, заросшей колючками и кустами полыни, была не слишком комфортной. В старой соломе шебуршали мыши, вороной, стоявший в углу, переминался с ноги на ногу и тихо всхрапывал, тряс головой, звеня сбруей, и шумно мочился. Утро встретило низкими облаками, тонкой корочкой ледка на лужах, глухо лопавшегося под копытами. Ближайший городок был в милях пяти и не по пути, но Стрелок свернул на просёлок, хотелось посидеть немного в тепле, сытно и вкусно поесть, пропустив пару стаканчиков яблочного самогона, почему-то именовавшегося бренди. Да и хозяйка…. До постели у них не доходило, да и оба не стремились к этому. Просто добрые друзья. Хотя в своё время Стрелок и делал ей предложение. Об этом он уже старался не вспоминать. Может Кэтти потом и жалела об отказе, но предпочитала не показывать вида. Сзади донеся гнусавый звук почтового рожка. Раскачиваясь и прыгая на кочках, раскидывая комья грязи из-под высоких колёс, пронёсся почтовый дилижанс, влекомый шестёркой лошадей. Знакомый охранник, сидящий рядом с кучером, приветственно помахал рукой. Промчались и скрылись за ближайшим холмом. Затёртой серебряной монетой солнце пыталось пробиться сквозь серую хмарь. Тусклым коричневым пятном показался впереди городок. Стены домов из круглых и тёсаных брёвен, заборы из серого кривого горбыля, крыши из позеленевших дощечек, фасады домов из разномастных досок. Подъехал к салуну, привязал поводья к изгрызенной коновязи поводья. Отчистил подошвы от налипшей грязи о края крыльца и шагнул за знакомую дверь, обиженно взвизгнувшую несмазанными петлями. В камине у противоположной стены тихо горели и дымили сырые чурбаки, почти не грея

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кто-то из карточной обслуги подскочил к нему, выслушал приказание и исчез в соседнем зале. Стрелок подошёл сзади и похлопал двумя пальцами по плечу высокого. Тот с благородным негодованием на столь фамильярную вольность величественно развернулся и…увидев кто это, весь скукожился, сморщился как забытый воздушный шарик.

— Нет, Стрелок только не это…Я уже давно завязал…Сейчас я чист перед законом…Ну не совсем чист…Но за это же не убивают? Хочешь деньги, вот это казино…

— Ты за кого меня принимаешь, Дик? Ты ещё скажи, что я пришёл, чтобы получить за твою голову награду. Тебя в миннесотском Мурхеде оценили в 58 долларов 73 цента. Вон тот лысый на тебя работает?…Нет?…Твоя забегаловка может прогореть, порядочные люди перестанут здесь играть. Это жулик. Два месяца назад его прокатили на шесте и выкинули из города в трёхстах милях отсюда…Не веришь? Посмотри, на ручонке у него кольцо шулера. Мой совет — выкинь этого хлыща вон.

— Я твой должник, Стрелок.

Дик подошёл к столику. «Господа, я вынужден прервать вашу игру. Один из вас играет нечестно».

Шулер взвился, встав на ноги «Как вы смеете?! Я…»

Стрелок тихонько свистнул, вставший обернулся и тут он увидел Стрелка. Было оттопыренная впалая грудь опала, пальцы хаотично запрыгали по зелёному сукну стола, по брошенным картам, по фишкам. На висках выступили крупные капли пота и заскользили вниз, глаза заметались по сторонам в поисках пути к бегству.

«Разрешите вам выйти вон.».

Сидевший рядом квадратный здоровяк встал. «Выйти ему? Вот уж нет». Бережно снял с переносицы лысого очки, подержал их на весу на вытянутой руке и, медленно разжав пальцы уронил их на пол. С наслаждение наступил на них и закрутил каблуком под визг стальных подковок об стекло. Развернул на волосатом пальце перстень с массивным изумрудом камнем внутрь. Сжал кулачищи размером с голову ребёнка. «Сейчас вобью тебе зубы в задницу».

«А ведь у него получится — меланхолично подумал Стрелок — Да он ему одним ударом голову оторвёт».

«Господа, только не здесь.», — вмешался Дик.

«Хорошо. Пусть будет по-вашему. Так можно и мебель попортить. Вот и мои друзья хотят поучаствовать».

Сжав шулера плечами в «коробочку» вывели на крыльцо, мимо угодливо распахнувшего дверь швейцара.

«Тебе куда для начала, в ухо или в челюсть?», — деликатно предложил квадратный.

Губы у лже-барона мелко задергались. На щеках выступила мелкая сеточка багрово-синюшных жилок. В животе у него что-то заурчало, забулькало и заклокотало, смрадный дух пополз из штанов, на гульфике появилось и стала расплываться по сторонам тёмная клякса.

Здоровяк скривился. «Иезикил, ты ещё хочешь его ударить? Я уже нет».

Державший отрицательно закрутил головой.

«Ладно сделаем как у нас на ранчо. Господа, будьте любезны разверните его лицом к улице».