ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детектив — коллаж и вестерн-спагетти. «Угар, трэш, и провокация». Наказать педофила. Справедливость или закон. Сцепиться с адептами вуду. Защитить справедливость. Обнаружить, что у тебя нет врагов. Жи... Принуждение к добродетели Ночёвка в сарае, стоявшем посреди равнины, заросшей колючками и кустами полыни, была не слишком комфортной. В старой соломе шебуршали мыши, вороной, стоявший в углу, переминался с ноги на ногу и тихо всхрапывал, тряс головой, звеня сбруей, и шумно мочился. Утро встретило низкими облаками, тонкой корочкой ледка на лужах, глухо лопавшегося под копытами. Ближайший городок был в милях пяти и не по пути, но Стрелок свернул на просёлок, хотелось посидеть немного в тепле, сытно и вкусно поесть, пропустив пару стаканчиков яблочного самогона, почему-то именовавшегося бренди. Да и хозяйка…. До постели у них не доходило, да и оба не стремились к этому. Просто добрые друзья. Хотя в своё время Стрелок и делал ей предложение. Об этом он уже старался не вспоминать. Может Кэтти потом и жалела об отказе, но предпочитала не показывать вида. Сзади донеся гнусавый звук почтового рожка. Раскачиваясь и прыгая на кочках, раскидывая комья грязи из-под высоких колёс, пронёсся почтовый дилижанс, влекомый шестёркой лошадей. Знакомый охранник, сидящий рядом с кучером, приветственно помахал рукой. Промчались и скрылись за ближайшим холмом. Затёртой серебряной монетой солнце пыталось пробиться сквозь серую хмарь. Тусклым коричневым пятном показался впереди городок. Стены домов из круглых и тёсаных брёвен, заборы из серого кривого горбыля, крыши из позеленевших дощечек, фасады домов из разномастных досок. Подъехал к салуну, привязал поводья к изгрызенной коновязи поводья. Отчистил подошвы от налипшей грязи о края крыльца и шагнул за знакомую дверь, обиженно взвизгнувшую несмазанными петлями. В камине у противоположной стены тихо горели и дымили сырые чурбаки, почти не грея

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Шулеру заломили руки. Спина выгнулась дугой, голова оказалась у колен оттопырился угловатый зад. Мощный пинок сотряс тщедушное тело и вынес его на мостовую.

Неблагопристойное происшествие.

Здоровущая и наглая муха, серой горошиной, ползла по газетному листу, отпечатанному на блёкло-жёлтой скверной бумаге. Заползла на заголовок «Кровавая собака на улицах города». Присела, отклячив зад, и стала чистить лапки.

«Смотри не захлебнись в этом дерьме» щелчок указательным пальцем отправил её в путешествие к другому столику ресторанчика.

Передовица «Звёздно-полосатого флага «просто захлёбывалась в истерике:«На железнодорожной станции нашего города, широко известным в узких кругах, ганфайтером (по мерзкой кличке Стрелок) было застрелено «при попытке сопротивления при аресте» четыре человека….они были приговорены в шести штатах к смертной казни…… как он мог взять на себя такую чудовищную ответственность?… требуют присутствия при этом кровавом акте известных почтенных лиц, как-то: прокуроров, судей, выбранных от общества……Убийство в присутствии наших сограждан…в том числе и женщин… Корчащиеся в агонии тела…Разве сама эта картина не противоестественна человеку?… все более и более возрастающее нерасположение просвещённого человека к отнятию жизни у преступников… Преступник, как бы тяжко ни было его преступление, слишком слаб и ничтожен по своим силам в сравнении с государством;…самое преступление, как бы тяжко оно ни было, будучи исключительным явлением в нормальной общественной жизни, не ставит в опасность существования государства……отделываясь такой голословной фразой: если смертная казнь не удерживает от преступлений всех, к ним склонных, то все-таки она удерживает многих, или по крайней мере некоторых…. Смертная казнь — не просто инструмент гибели; это самый древний и отвратительный символ одной из склонностей рода человеческого, ведущей его к моральному краху…Кто может гарантировать, что этот вонючий скот не застрелит невинное дитя, случайно наступившее ему на ногу… Доколе подобные грязные типы будут поганить наши улицы?…»

— Полиция и губернаторы десятка штатов предпочли бы получить эту компанию в освежёванном виде, чтобы не возиться с казнью и с просьбами о помиловании.

Подвальная статья была о том же. Интервью с проповедницей Церкви Нашего Американского Пути Лэррис Чоппер»….Ни у кого нет права отбирать у человека его единственную жизнь, данную Богом…Смертная казнь отнимает у преступника возможность исправления…Одно из главных утверждений Священного Писания о том, что «так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоан.3:16)..