ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детектив — коллаж и вестерн-спагетти. «Угар, трэш, и провокация». Наказать педофила. Справедливость или закон. Сцепиться с адептами вуду. Защитить справедливость. Обнаружить, что у тебя нет врагов. Жи... Принуждение к добродетели Ночёвка в сарае, стоявшем посреди равнины, заросшей колючками и кустами полыни, была не слишком комфортной. В старой соломе шебуршали мыши, вороной, стоявший в углу, переминался с ноги на ногу и тихо всхрапывал, тряс головой, звеня сбруей, и шумно мочился. Утро встретило низкими облаками, тонкой корочкой ледка на лужах, глухо лопавшегося под копытами. Ближайший городок был в милях пяти и не по пути, но Стрелок свернул на просёлок, хотелось посидеть немного в тепле, сытно и вкусно поесть, пропустив пару стаканчиков яблочного самогона, почему-то именовавшегося бренди. Да и хозяйка…. До постели у них не доходило, да и оба не стремились к этому. Просто добрые друзья. Хотя в своё время Стрелок и делал ей предложение. Об этом он уже старался не вспоминать. Может Кэтти потом и жалела об отказе, но предпочитала не показывать вида. Сзади донеся гнусавый звук почтового рожка. Раскачиваясь и прыгая на кочках, раскидывая комья грязи из-под высоких колёс, пронёсся почтовый дилижанс, влекомый шестёркой лошадей. Знакомый охранник, сидящий рядом с кучером, приветственно помахал рукой. Промчались и скрылись за ближайшим холмом. Затёртой серебряной монетой солнце пыталось пробиться сквозь серую хмарь. Тусклым коричневым пятном показался впереди городок. Стены домов из круглых и тёсаных брёвен, заборы из серого кривого горбыля, крыши из позеленевших дощечек, фасады домов из разномастных досок. Подъехал к салуну, привязал поводья к изгрызенной коновязи поводья. Отчистил подошвы от налипшей грязи о края крыльца и шагнул за знакомую дверь, обиженно взвизгнувшую несмазанными петлями. В камине у противоположной стены тихо горели и дымили сырые чурбаки, почти не грея

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ты ведь не хочешь, чтобы кто-нибудь пострадал? Ведь нет?

— Рэджинальд, посмотри у кондукторов. Там где-то должен быть бидончик с керосином…Парни, тащите сюда машиниста и телеграфиста.

Подтащили их, связанных и порядком избитых к дверям вагона. Поставили на колени и облили керосином… «Открывай или мы спалим этих…»

— Пошарь у этого, голодранца — «дёрганный» указал стволом на Стрелка. — Может пару центов ещё найдёшь, — Хохотнул — А я к почтовому вагону, там сейчас самое интересное начнётся, — и хлопнув дверью выскочил из вагона.

Хряк уставился на сидевшего в стороне от всех Мэтта.

— Мозгляк, иди сюда.

— Тебе надо ты и иди.

— Ты чо не понял?

Стрелок смотрел на стоящего в трёх шагах здоровяка. «Достать обрез не успею…Этого я кулаками не замочу. Как не хочется опять влезать в драку и денег жалко. Жалко, и от этого противно становится. Вроде и доброе дело надо сделать — этого урода урыть, а сидишь, как дерьмом измазанный, и помочь людям надо и за свои доллары жадность жмёт — вроде как не от чистого сердца в драку влезаю».

Хряк бросил набитую сумку на соседнее сиденье, схватил Мэтта за отвороты плаща и стал поднимать. «Щас я тебе…»

Стрелок плотно прижался к пузану, обвив его одной рукой, а второй схватился за рукоять револьвера торчащего у того за поясом, не пытаясь даже достать его, вывернул ствол к паху, нажал несколько раз на спусковой крючок и тут же почувствовал скрежещущий удар — что-то острое впилось в рёбра. Под визг женщин Мэтт оттолкнул, заваливающуюся на него тушу Хряка, и посмотрел на свой бок, с торчащим в нём ножом и расплывающимся пятном. Сквозь кислую вонь порохового дыма и гарь палёных тряпок пробивался спиртовой запах. «Вот тварь. Просадил фляжку, похоже, что и по рёбрам полоснул»…

— Что там за стрельба? — главарь повернулся к подбежавшему «дёрганому».

— Наверное, там, в вагоне один чудила стал упираться, ну и Хряк решил порвать его.

— Ладно. Возьми в тендере дров и тащи сюда. Главарь снова повернулся к вагону: «Не хочешь открывать — не надо. Тебя сожжём вместе с вагоном, а эти двое пойдут на растопку».

Раскрылась дверь почтового вагона, и тут же в неё полез один из грабителей. Попытался подтянуться, но только завис, раскорячившись и суча ногами. «Да кто-нибудь, закиньте эту задницу». Подбежали двое и с натугой запихали его внутрь. В вагоне зашебуршало, что посыпалось, донеслись глухие звуки ударов, и, раскинувшись буквой Х, вылетел почтарь. Упал, разбрызгав воду из лужи, и остался лежать в ней, безвольно разбросав руки. Главарь за шиворот выволок его из глинистой жижи. «Где ключи от сейфа?»

…Распахнув плащ, Стрелок, вытащил обрез, кое-как выворотил нож, застрявший во фляжке. Рану на боку пощипывало. В голове тихонько звенело, пришли какое-то ледяное равнодушие и отточенность движений.