Жена решила, что если он и дальше будет держать все в себе, то обязательно нарвется на какие-нибудь приключения или, не дай Бог, соблазнится другой бабой, заведет себе семью на стороне, а то и две, и три, четыре, пять, шесть или семь, и достающиеся с таким трудом денежки, какие и самой тратить жалко, все станут утекать в карманы любовниц. Обдумав все как следует, жена Кузнеца потащила его к Линь Хун, чтобы там ее девицы излечили его от буйства. Девки брали чаевые, Мадам Линь — административную плату, и по деньгам выходило накладно. Хоть Кузнецовой жене и было жаль этих денег, но, по здравом размышлении, она сказала себе, что это все равно как отвести мужа лечиться в поликлинику: таких трат не избежишь. И у нее отлегло от сердца. Горе не беда — успокаивала она себя.
Кузнец всегда приходил к Линь Хун уверенно и смело, сопровождаемый под ручку женой. Она боялась, как бы он не опростоволосился, и лично отбирала девиц и договаривалась о цене. Заплатив по счету, она уходила, а Кузнец оставался биться с девками один на один, пока жена сидела дома и ждала его с вестью о победе.
После первого визита в бордель жена была ужасно недовольна тем, что Кузнец упражнялся там целый час с лишком, и устроила ему допрос с пристрастием: уж не влюбился ли он, часом, в эту молоденькую вертихвостку? Кузнец ответил, что раз уж деньги потрачены, то почему бы и не поразвлечься подольше.
— Это называется окупившиеся инвестиции, — добавил он.
Жена решила, что это справедливо, и с тех пор первым делом спрашивала его, сколько времени он провел у Мадам Линь. А Кузнец, даром что разменял шестой десяток, был все еще мужик хоть куда: меньше часу никогда в объятьях Линьхуновых девиц не проводил. Инвестиции окупались, и жена Туна была ужасно довольна. Случались, конечно, и неудачные дни — пару раз Кузнец обошелся получасом, так она даже расстраивалась, думала, что денег зря так много вложила, а выхлопа никакого. В итоге жена перекроила план инвестиций: теперь вместо двух раз в неделю Кузнец отправлялся к шлюхам всего один.
Старый Тун думал, что жена его притесняет: чтоб сэкономить, выбирает ему несимпатичных девок. Поначалу все казалось вроде ничего: девки хоть были и не красавицы, зато молоденькие, но со временем Кузнец утратил к ним интерес и охладел к постельным баталиям. Ведь в доме Линь Хун водились на редкость красивые экземпляры, и Кузнец распускал по ним сладострастные слюни, умоляя жену в следующий раз подыскать ему чего покрасивее. Но Кузнецова жена была решительно против, потому как за красавиц нужно было выкладывать приличную сумму и ее инвестиции грозили возрасти в разы. Кузнец клялся и божился, что если девка окажется красавицей, то он непременно проведет с ней два часа, а то и больше, и инвестиции окупятся сторицей.






