ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Характер у Марка Геннадиевича Бестужева предполагал, что не нужно дожидаться, пока неприятности придут к нему. На все угрозы один ответ – всегда бей первым! И этот принцип придется к месту, когда... Бей первым Владимир Геннадьевич Поселягин © Владимир Поселягин, 2019 © ООО «Издательство АСТ», 2019 Пролог Очнулся я от тупой ноющей боли. Причём никак сразу не мог понять, что именно болит. Но потом, подняв левую руку, вторая была чем-то прижата или связана, видимо к койке привязали, и коснувшись головы, чуть не взвыл. Теперь боль ощущалась лучше, ныла всё же голова. Однако ничего себе банальный аппендицит, как мне сообщил дежурный врач приёмного отделения, куда меня привезли на «скорой». А так всё хорошо начиналось, только приехал в офис и занялся бумагами по договорам, что сегодня требуется подписать, как меня скрутило болью, потом больница и анестезиолог в операционной, что зачем-то махал перед моим лицом пальцами, велев считать. Не успел досчитать, как темнота и последующее осознание себя с этой болью. Чего они там ещё сделали, мясники чёртовы? У меня живот и бок болели, а не голова. Неужели с препаратами напутали? Да нет, вряд ли. Меня же в Склиф привезли, он был ближе всего, а тут опытные врачи, попусту наговаривать на них не стоит, это я так, по-стариковски брюзжу. Что меня привлекло, так это чириканье птичек, где-то рядом долбился дятел, и кукушка свой отсчёт начала, шумел ветер в листве, вот явно рядом прожужжал шмель. Ещё было слышно множественное жужжание мух, но как-то фоном оно шло. Я даже поразился, молодцы врачи, звуки леса включили в операционной, чтобы вот так в гармонии проводить операцию. Или я уже в палате? Или где там? В реанимации? Не знаю, до этого мне анестезию всего дважды делали, да и то при посещении стоматолога, местную, это была первая операция в моей жизни. Тут мне наконец удалось приоткрыть один глаз, второй не открывался, кажется чем-то зал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я уже давно был на подножном корме, практически на одном мясе, которое сдабривал в похлёбках или во время жарки разными травками, что находил на своём пути. Для приправ в похлёбку добавлял корни камыша, плохой заменитель картошки, но и так шло на ура. Находил рогоз, тот тоже шёл в дело. Однако я понимал, что так долго не протяну, тем более причин, почему я задержался с выходом к людям, было несколько. У меня имелись достаточно приличные запасы соли, однако вчера я использовал последнюю щепотку, вот теперь её у меня не было. Второй причиной, почему я постоянно шёл и никому не показывался на глаза, был боярин Кувшинов, тот мог распространить среди соседей информацию о беглых холопах, дав внешнее описание, это если он парней не поймал, и на любой мой вопрос отреагируют – а не беглый ли? За эти две недели, думаю, я ушёл за зону поисков, но всё равно старался подстраховаться. Я также планировал остановиться у какого-нибудь села, заниматься добычей дичи и продавать её, налички у меня совершенно не было, а нужно же было на что-то продовольствие покупать. Правда, обмен дичи на товар меня тоже устраивал, но к сёлам я не подходил по той же причине, из-за возможных поисков. Идеально было бы осесть где рядом с трактом и продавать дичь купеческим караванам, уже за деньги, вот это самое оно. Однако на тракт я за это время так и не вышел, а если тот и попадался на моём пути, в чём сомневаюсь, то я, скорее всего, его просто не опознал, решив, что это очередная тележная колея. Скорее всего, тракт с другой стороны Оки проходит.

Сейчас же, лёжа в кустах, я наблюдал, как к берегу подходит речное судно, довольно крупный ушкуй. Рядом со мной лежали тушки только что добытых зайцев, двух подстрелить смог, и неплохого мясистого тетерева, этого часа два назад снял стрелой с ветки. Их я и собирался продать команде и пассажирам судна. Это был мой первый выход к людям. А так если посмотреть, то эти две недели я хорошо занимался собой, практически всё время был в пути, немного вытянулся, загорел до черноты, короста со спины осыпалась, и уже показалась молоденькая кожа. Причём сразу после побега я стал сначала легко, а потом усиленно тренироваться, растягивая мышцы и сухожилия, через боль, крики и слёзы от боли в мышцах спины. А если бы я не начал тогда тренироваться, раны зарубцевались бы и некоторые мышцы лишились подвижности, спина бы плохо гнулась, некоторые движения неудобно было бы делать, однако я видел, мои тренировки и растяжения дают плоды, мышцы на спине я разработал, и те, восстанавливаясь, растягивались, как я хотел, сейчас уже практически без боли, да и тренировки активные я не бросал. Вон меня как попёрло на мясе-то, хорошо так в весе набрал. Почти постоянно в пути, весь в движении.