ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ее платья – слишком облегающие, ее каблуки – слишком высокие. Она смеется чересчур громко, ест, позабыв о приличиях, а ее язычок такой острый, что не всякий рискнет перейти ей дорогу. Мало кто знает, что за маской уверенной в себе женщины прячется та, кто боится каждого шороха. Но на публике Джианна никогда не потеряет лица…по крайней мере, так она думала, пока не появился он. Многие видят в нем образцового поборника нравственности, агента спецслужб, стоящего на защите закона. В криминальном подполье Нью-Йорка, впрочем, его знают как мошенника и убийцу с характером холоднее, чем сердце в его груди. Кристиан Аллистер всегда следовал жизненному пути, который распланировал для себя с юных лет, проведенных под яркими лампами в промозглой, сырой тюремной камере. Благодаря склонности к порядку и фиксации на числе три ему еще ни разу не доводилось сбиваться с намеченного курса. Но, возможно, не стоит быть столь уверенным в своем будущем. Одной зимней ночью их судьбы переплетаются. Она ненавидит его – его холодные манеры, его заносчивость, его слишком внимательный взгляд. Но с годами их игры во взаимные оскорбления превращаются в привычку. В планах Кристиана никогда не было Джианны. Она – само воплощение хаоса, совсем не в его вкусе и замужем, но ничего из этого не мешает ему каждый раз провожать ее взглядом. И все это время она не знала, что принадлежит ему: она его безумие и его вдохновение. Его самая сумасшедшая одержимость.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Поздравляю, – безразлично ответила я, выходя из парадных дверей под моросящий дождь.

– Мы с Винсентом собираемся обвенчаться этой зимой в Барбадосе. – Саманта остановилась на краю крыльца. – Я вышлю тебе приглашение!

– Жду не дождусь, – пробормотала я.

Я скрестила руки и пошла по тротуару прочь от отеля. Холодные капли катились по коже, вызывая мурашки. Надо было надеть пиджак. Почему я ничего не могу сделать правильно? В животе росла ненависть к себе.

Я не успела уйти далеко, как кто-то схватил меня сзади за руку, затащил за угол и прижал к стене переулка. Его руки оказались на стене по обе стороны от меня, не давая сбежать.

Прямые линии. Широкие плечи. Синий, ярко пылающий синий.

Но теперь я видела и другие вещи; другие воспоминания, спотыкаясь, боролись за то, чтобы прорваться на поверхность.

«Ты меня не забудешь».

«Moya zvezdochka».

Они собрались в нечто настолько серьезное, что каждый момент сжимал мое сердце жестокой хваткой.

Привязанность?

Очарованность?

Это никак не могло быть любовью.

Его челюсть напряглась.

– Ты ушла.

– Ну конечно я ушла. Я с самого начала знала, что из этого ничего не выйдет, и сегодняшний вечер это только подтвердил.

– Это?

Горло сдавило.

– Мы.

Он резко напрягся. Дождевая вода собиралась на его ресницах. Что-то мучительное заметалось в глубине его глаз.

– Что ты хочешь сказать? – В его словах зазвучал акцент, и почему-то это разорвало мою грудь пополам.

– Ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать. – Я сглотнула. – Мы оба знали, что однажды это все закончится.

Он стиснул зубы.

– Для тебя, может, все и кончилось, но для меня оно не закончится никогда.

Легкие перехватило, и у меня вырвался болезненный вздох. Дождь усилился, отлетая от ближайшей мусорки и впитываясь в мою кожу. Я надеялась, что он скроет влагу, которой наполнялись мои глаза.

Почему ему надо было все усложнять? Я что, одна видела, что все это не имело смысла?

– Почему только я смотрю на ситуацию рационально?

– Потому что с тобой никогда не было все так запущено, как со мной. – Ни одной эмоции за этими словами. Только холодные, неопровержимые факты. Впрочем, что-то мелькнуло в его глазах, что-то уязвимое и выворачивающее душу наизнанку. Что-то, что я раньше видела в своих глазах. Что-то безответное.

– Когда я сказал, что не привык, я имел в виду, что не могу думать, когда речь идет о тебе. Мне не стоило говорить того, что я сказал, malyshka. Одна мысль о том, что кто-то тебя тронет, что кто-то заберет тебя у меня… – Его взгляд стал темным. – Сводит меня с ума.

Я поежилась, потому что ледяной дождь стекал мне под платье. Тепло его тела касалось моей кожи, словно я стояла возле костра. Я хотела шагнуть ближе, страх обжечься становился все более и более далеким.

Его большой палец коснулся моей щеки.

– Я обещаю, что больше никогда тебе такого не скажу.