ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Пашка такой хороший муж и отец для Алиски, — восхищается Марина, когда мы остаёмся вдвоём. — Кто бы мог подумать. И подгузники меняет, и укладывает спать, и купает. Я обрываю поток её восторгов одним махом. Слишком долго это жило внутри меня. ... — Муж он только по документам, Марин. Мы не живём как пара. Просто… сожительствуем. — В смысле? Вы же… семья. — Это не кризис, не подумай. Так было с самого начала. Мы так договорились. Потому что история одной переписки привела к непредсказуемым последствиям. Становится чуть легче, когда я наконец произношу это вслух, без необходимости притворяться. Когда девичьи посиделки подходят к концу и Марина собирается домой, из детской выходит Паша. Я оборачиваюсь, скрещиваю руки на груди и спокойно прошу: — Отвези, пожалуйста, Марину домой, если тебе несложно. Он сжимает челюсти и сверлит меня потемневшим взглядом. До нашей свадьбы Паша был влюблён в Марину. Тогда он думал, что горячие сообщения, которыми мы обменивались, были написаны от её имени. Я не должна была играть в эту игру… Но когда опомнилась, было уже поздно. — Не сложно, — коротко бросает он, подхватывает ключи от машины и кивает Марине: — Поехали.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Паша просто вышвырнул розы на мороз, как что-то лишнее. Лепестки успели подмерзнуть и потемнеть по краям, но всё равно выглядят красиво.

Я считаю, что он псих. Придурок. Какой он, всё-таки, упрямый придурок…

60

60

Первыми уезжают мои родители, сразу после того, как Алиса задувает свечи на торте.

За ними потихоньку расходятся подруги с детьми. Только Калинишевские никуда не торопятся.

Свёкры уходят к себе отдыхать, а мы остаёмся в гостиной у камина, распаковывая подарки. Антон с Пашей устраиваются на диване, мы с Ликой и Алисой — на мягком ворсистом ковре.

Я чувствую приятную усталость в мышцах и лёгкую пустоту в голове. Всё уже позади. Фух. Больше не нужно ни о чем беспокоиться.

Праздник прошёл хорошо. Единственное, я промахнулась с ростовой куклой в виде милого зайки. У дочки сразу началась истерика, несмотря на то, что раньше, на других праздниках, она наоборот тянулась к ним, хлопала в ладоши и визжала от восторга.

Что ж. В следующий раз буду знать, что это плохая идея.

— Надеюсь, все подготовили к нашей свадьбе хоть один элемент цвета марсала, — произносит Лика, пуская в сторону крестницы заводную машинку. — Бабушке пришлось долго объяснять, что марсала — это вообще-то не имя внука её соседки.

— Если что, у меня есть запасной шелковый платок этого цвета. Можно будет одолжить тому, кто забудет про дресс-код.

Осекаясь на полуслове в разговоре с Антоном, Паша убирает руку со спинки дивана, чуть наклоняется вперед и сцепляет пальцы в замок.

— Прошу прощения, у вас на свадьбе будет дресс-код?

— Об этом прямо было сказано в приглашении, — взволнованно отвечает Лика, поправляя волосы.

— Ясно…

— Ты получил наше приглашение?

— Получил, но… не читал детали, — признаётся Паша. — Только глянул дату и время торжества.

— Интересно, много ли ещё таких рассеянных, как ты?

— А это было важно?

Следовало предупредить его, что с беременной невестой не стоит поднимать такие темы. Особенно, если она с дотошностью контролирует всё. От оттенка одежды до того, под каким углом будут стоять таблички с именами гостей.

Свадьба уже в субботу. По срокам тянуть было некуда. У Лики началась восемнадцатая неделя беременности. И хотя я убеждала её, что на таком сроке живот обычно ещё не заметен, не учла индивидуальные особенности — у подруги он уже виден, при чем хорошо. Настолько, что корсет платья пришлось перешивать в ателье, подгоняя под новый силуэт.

— Галстук, бабочка, рубашка, — перечисляет Лика, загибая пальцы. — У тебя есть что-нибудь в этом оттенке?

— Я, как и твоя бабушка, уверен, что марсала — это имя, — с невозмутимым выражением лица отвечает Бессонов.