ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… Тамбур Анна Малышева Если соседи но тамбуру доверяют друг другу, они не запирают дверей. Если мужчина обманывает нескольких женщин сразу, одна из них непременно отомстит. Если в семье нет доверия — она разрушится. Если любят слишком сильно, порой убивают Аксиома не требует доказательств. Преступление — требует. И оно уже совершено… ПРОЛОГ ПРОЛОГ Подземный переход Ночью подземные переходы метро начинают пугать всерьез. Можно испугаться кого угодно — нищего со столь зловещим лицом, что ему впору промышлять на большой дороге, а не просить Христа ради, опухшей бомжихи, которая невразумительно и вместе с тем агрессивно требует милостыню, продавца грошовых игрушек, который назойливо предлагает свой товар… Пугает не он сам, не его товар — уродливые собачки, заводные солдаты с автоматами, которые стреляют цветными огоньками. Пугает то, что вокруг него. То, что намертво въелось в сальную кафельную стену за его спиной, в плитки под его ногами. То, что и является истинным цветом ночи — не черным, а тускло-серым. Цветом голода, цветом отверженных, цветом преступления. И потому женщина с девочкой лет двенадцати, спешившие выйти из перехода, так испугались, услышав сзади резкий окли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но бывали в самом деле безнадежные сюжеты, когда звонила затравленная жертва, которая больше не может сопротивляться и для которой этот звонок в телефон доверия — уже огромный подвиг.

— Мне, наверное, и звонить не стоило бы… — начал было Сергей, но Галина по-матерински его остановила:

— Если вы позвонили — стоило. Почему бы просто не поговорить?

— Поговорить? — запнулся тот. — Да… Только я сам не понимаю, о чем. С тех пор как я увидел того парня… Я о нем рассказывал… Та ночь, и его рука в крови, магазин, его глаза… Синие-синие. Я таких глаз никогда и не видел" Только" не подумайте, что я такой ориентации! Не в этом дело, хотя парень был красивый. Имею же я право сказать, что другой мужчина — красивый?

— Разумеется. Вы же говорите так об актерах?

Этот — красивый, тот — нет!

— Да-да, похоже! — разволновался мужчина. — Это было, как в кино. Ну, будто меня случайно взяли в массовку! А что за фильм, чем кончится, не объяснили.

Но я его запомнил. И вот узнаю, что он убийца. И что видел я его сразу после убийства. Понимаете? Я сразу попал в другую жизнь. Я как будто проснулся и понял, что кроме моей семьи и работы есть что-то еще. Это в сорок-то лет! Сорок лет прожил, как хомяк в ящике морковка, опилки, и все! Есть морковка, есть опилки — все хорошо! Думал, что все так живут, пока не увидел его! Я не говорю, что хотел бы жить ТАК, как тот убийца. Но… По-прежнему я тоже жить не могу. Иногда у меня бывает ужасное чувство. — В трубке вибрировало его тяжелое дыхание. — Жуткое. Что я должен все разрушить, изломать, изменить! Убить кого-то, черт возьми, убить, как ТОТ, как этот парень с синими глазами! Что не за тем я родился, чтобы тянуть эту хомячью жизнь, терпеть, ждать чего-то, жить с нелюбимой женой… Я не люблю ее! Я, наверное, что-то сделаю!

Голос истерически оборвался и пропал. Галина пару раз крикнула в трубку, но ответа не было. Тогда она дала отбой, прибавила звук в телевизоре и отпила пару глотков остывшего чаю. Уж что-что, а брать себя в руки она умела. За это ей и платили.

«Скверно, и очень, — подумала она. — Мужик прямо на стену лезет. Хорошо еще, что его можно найти, через следователя. Он же свидетель по делу Дани, должны быть какие-то координаты».

Она поставила чайник, прибавила звук в телевизоре, постояла у окна, глядя на слабо подсвеченный фонарями больничный сад. Галина чувствовала себя, как смотритель маяка, который обязан оставаться на посту, чтобы очередной корабль не разбился о скалы. Огромная ответственность и огромное одиночество.

"А что подарить родителям Ильи? А своим? Как было просто в детстве — споешь под елкой песенку — вот и подарок. Потом начинается — учись хорошо, поступай в институт, выходи замуж, рожай ребенка, работай…

Чтобы все было «по-людски», как выражается моя свекровь.