ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Красота спасет мир, но сначала мир должен спасти красоту! Это тихая, глубокая сага о простых вещах. О деревенской женщине Марии, которую все считали некрасивой и бестолковой, и о ее муже Петре, молчаливом леснике-«бирюке». Это история брака по расчету, который стал спасением для них обоих. История о том, как в суровом деревенском быту 80-х годов, среди запаха сена, стука дров и мерного гула телевизора с Олимпиадой-80, рождается настоящая, тихая, огромная любовь. Делом займись Ольга Усачева Красота спасет мир, но сначала мир должен спасти красоту! Это тихая, глубокая сага о простых вещах. О деревенской женщине Марии, которую все считали некрасивой и бестолковой, и о ее муже Петре, молчаливом леснике-«бирюке». Это история брака по расчету, который стал спасением для них обоих. История о том, как в суровом деревенском быту 80-х годов, среди запаха сена, стука дров и мерного гула телевизора с Олимпиадой-80, рождается настоящая, тихая, огромная любовь. Глава 1. (Мария). Чужой муж Глава 1. (Мария). Чужой муж Мария лежала неподвижно на спине, вдавливаясь в упругий матрац, и прислушивалась. Из-за стены доносился ровный мужской храп. Петр. Муж. Чужой мужчина, в чьем доме она оказалась по милости случая. Мысли путались, сон бежал прочь. А желание сходить по малой нужде, назойливое и болезненное, становилось все нестерпимее. С ней такое случалось, когда она переживала из-за чего-то, могла за ночь раза три в туалет сходить. Покойный муж Василий никогда этого не понимал, и Мария стыдилась

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мария шла по двору, а следом за ней хвостиком бегала Муська. Она так же хозяйственно и с одобрением заглядывала в каждый уголок.

Мария увидела свою кошку, улыбнулась и присела, чтобы почесать её за полосатый бок.

– Только ты и была со мной всё это время в том доме. Если бы не ты, совсем бы я пропала. Хорошо, что Петр тебя разрешил взять с собой.

Муську два года назад она принесла с фермы крошечным, промокшим, дохлым комочком в подоле. Котят кот-то выбросил в яму за коровником, и только этот один, самый живучий, выполз и запищал. Мария не смогла пройти мимо.

Василий, увидев котёнка, скривился:

– Куда принесла эту падаль? Выбрось! От кошек вонища да блохи. Под ногами путаться будет!

Мария, обычно, молчала и подчинялась. Но тут случилось что-то необъяснимое. Может, отчаяние от недавно затоптанной вышивки, а может, просто сердце ёкнуло при виде этого дрожащего создания. Она прижала котёнка к груди, почувствовала его слабое, лихорадочное биение, и слова вырвались сами, тихие, но твёрдые:

– Нет. Не выброшу. Она никому не помешает.

Василий остолбенел. Он даже не сразу нашёлся, что ответить на это неслыханное неповиновение. Потом махнул рукой:

– Ладно, черт с тобой! Но коли в дому нагадит или мышей не станет ловить – сам голову ей откручу!

И ушёл, хлопнув дверью.

Муська выжила. Мария её выхаживала, как ребенка, поила молоком из пипетки, грела за пазухой. Кошка отплатила ей безграничной, собачьей преданностью. Она и правда ловила мышей, но главное – она стала её единственным другом в том доме. Тихой, тёплой, мурчащей отдушиной. Василий кошку терпел, но люто не любил, мог пнуть, если та попадалась под ноги. Муська научилась его сторониться, а к Марии приходила только ночью, чтобы свернуться калачиком у её ног.

Мария вспомнила, как уже потом, когда пришёл Николай выгонять её из дома, Муська шипела на него, защищая и хозяйку, и свою единственную территорию.

И вспомнился еще позорный день изгнания из дома. Грязь, слёзы, беспомощность. И этот высокий, суровый сосед, появившийся как видение. Его слова, которые она тогда, в шоке, едва осознала: «…Вещи соберёшь. Кошку бери».

«Кошку бери».

Он не видел в Муське ни «падали», ни «нахлебницы». Он просто видел, что она – её. Часть её немудрёного скарба, часть её жизни. И это молчаливое принятие всего, что было с ней связано, даже бесполезного с хозяйской точки зрения животного, тронуло её тогда почти так же сильно, как сам факт спасения. Он брал её целиком. Со всем её грузом, со всей её немощью, с её коровой и… с её кошкой.

И вот теперь Муська жила здесь. Не таясь, не прячась по углам. Она разваливалась на тёплой лежанке у печи, ловила мышей в стайке и с достоинством принимала подачки от нового хозяина, который, бывало, бросит ей кусочек сала или снисходительно почёшет за ухом.